Григорий Шустер

Кино-Театр.РУ

НАВИГАЦИЯ

Григорий Шустер фотография

Шустер Григорий Александрович

Дата рождения: 15.03.1940

биография

Родился 15 марта 1940 года.

Заслуженный артист РСФСР (19.05.1981).

Окончил Новосибирское театральное училище в 1966 году.

25 лет отдал тюзовской сцене, сыграв за это время около 200 ролей. Цари и короли, людоеды и пираты, баба Яга и прочая сказочная нечисть — всех и не перечислишь… В каждом из героев — частица его души, его юмора, обаяния и таланта. Но не только Рыцарем Сказки был и остается этот удивительный актер. Григорий Шустер — еще и мастер комедии. Он играл Шекспира, Гоголя, Лопе де Вега, Мольера. Суть его способа существования на сцене в том, что он чуть отстраняется от своих отрицательных героев и, не делая их лучше, ухитряется делать лучше, чище и добрее нас, зрителей.

С 1990 года — актер театра «Красный факел».

С сентября 2011 года преподает в Студии творческого развития Константина Хабенского при новосибирской средней общеобразовательной школе № 137.

театральные работы

Работы в «Красном факеле»:
Ольга Никифорова, Елена Сибиркина «Счастливого Рождества, дядюшка Скрудж!» / Скрудж (1994)
Бото Штраус «Время и комната» / Франк Арнольд (1995)
Алексей Арбузов «Моё загляденье» / Аким Листиков (1996)
Софокл, Эсхил «Род» / Пастух Лайя (1996)
Михаил Булгаков «Зойкина квартира» / Гандзалин (1997)
Николай Гоголь «Ревизор» / Иван Кузьмич Шпёкин (1997)
Вячеслав Вербин «Два вечера в весёлом доме» (по «Яме» Александра Куприна) / Соломон (1999)
Карло Гольдони «Кьоджинские перепалки» / Падрон Винченцо (2001)
Антон Чехов «Любовь, Любовь, Любовь...» / Николай Николаевич Стычкин (2002)
Питер Шеффер «Амадеус» / Граждане Вены (2003)
Макс Фриш «Андорра» / Доктор (2003)
Рей Куни «Ночной таксист» / Инспектор Траутон (2003)
Джон Патрик «Дорогая Памела» / Сол Бозо (2004)
Владимир Илюхов «Молодильные яблоки и тайна заветного меча» / Царь Горох (2004)
Уильям Шекспир «Ричард III» / Лорд Стенли, Тюремщик (2005)
Жан-Батист Мольер «Тартюф» / Клеант брат Эльмиры (2005)
Айвон Менчелл «Девичник над вечным покоем» / Сэм (2007)
Пьеса Юлия Кима, музыка Владимира Дашкевича «Как солдат Иван Чонкин самолёт сторожил» / Гитлер (2008)
Иван Тургенев «Нахлебник» / Иван Кузьмич Иванов (2009)
Жан-Батист Мольер «Мещанин во дворянстве» / Брандевуан, слуга (2010)
Григорий Горин «Поминальная молитва» / Ребе (2011)
Уильям Шекспир «Виндзорские насмешницы» / Хозяин гостиницы «Подвязка» (2012)
Брайен Фрил (по мотивам романа И.С. Тургенева «Отцы и дети») «Отцы и сыновья» / Базаров Василий Иванович (2013)

театр

фотографии

публикации

  • «Всегда ваш, Григорий Шустер...»
  • Энциклопедия курьёзов

    То, что Григорий Шустер — человек с прекрасным чувством юмора, в «Красном факеле» знает каждый. Именно поэтому он долгие годы остается бессменным ведущим всех бенефисов и творческих встреч. И именно поэтому в газете «Театральный проспект» ему доверено вести колонку «Реплика в зрительный зал», колонка стала своего рода энциклопедией веселых и грустных историй, которые случались с актерами театра на сцене и за кулисами. За 90 лет, которые театр будет отмечать в апреле, таких легенд и курьезов накопилось великое множество.

    Благодаря рассказам Григория Шустера мы, например, узнали о том, как с артистом Эйдельманом на спектакле «Платон Кречет» вышел казус и как его выручил находчивый актер Захаров. Или как «актер N», игравший в спектакле «Кремлевские куранты» английского писателя, заснул на сцене и поставил в сложную ситуацию актера Глазырина, игравшего Ленина...

    С самим Шустером, естественно, тоже случались такие истории:

    — Был у нас спектакль «Бумеранг», где я играл роль немецкого солдата, — рассказывает он. — Необходимо было пройти по сцене, где меня останавливал советский разведчик, которого играл Анатолий Мовчан, и говорил: «Кругом! Фамилия?» Необходимо было ответить: «Рядовой Зиммерс». — «Какой полк?» и так далее. Играл я в настоящей трофейной форме, сшитой в 42-м году: в пилотке, сапогах... И на одном из спектаклей на вопрос «Фамилия?» фамилию напрочь забыл. Я до сих пор помню, хотя с тех пор прошло сорок лет, как по-настоящему побледнел и как тряслись мои коленки. Текст я, конечно, через пару мгновений вспомнил. Но тогда мне казалось, что прошла целая вечность. В антракте я прибежал к Мовчану извиняться. А он мне говорит: «Ничего, Гриша, все нормально. Только зря ты растерялся. Ну, сказал бы: «Шустер» — тоже немецкая фамилия».

    Свои колонки актер неизменно заканчивает словами: «Всегда ваш, Григорий Шустер». И историй, судя по всему, ему хватит еще не на один сезон. А когда-нибудь, возможно, мы прочитаем обо всем этом в его мемуарах. Признается, он уже всерьез подумывает об этом. О том, что актер владеет пером, мы знаем не понаслышке. В свое время Григорий Шустер был активным автором нашей газеты — сотрудничал еще со старой «Вечеркой», когда там работала легендарная Элла Фонякова. С именем Эллы и Ильи Фоняковых связан целый этап в литературной жизни нашего города (потом они уехали в Петербург).

    — Во время наших петербургских гастролей, в середине 90-х, — вспоминает актер, — Фоняковы пришли на спектакль «Счастливого Рождества, дядюшка Скрудж» со своим внуком. Мы встретились с ними в антракте...

    Оказалось, что «Фоняки», как любовно называли их в городе, помнят и Новосибирск, и театр, и нашу газету, и, скромного автора, который когда-то приносил в редакцию свои театральные заметки...

    Думал ли он?..

    — Думал ли я, что в день своего бенефиса выйду на сцену с самой Анной Покидченко (спектакль «Дорогая Памела». — Прим. «ВН»)! — говорит актер. — Я преклонялся перед ней еще мальчишкой, сидел в зале сначала простым зрителем, потом студентом.

    И думал ли он, что его ученик Андрей Звягинцев будет удостоен «Золотых львов» Венецианского и станет лауреатом Каннского фестивалей!

    — В театральном училище Андрюша учился на курсе, где я преподавал. Выпустился он в 1984-м, и мы играли вместе с ним в ТЮЗе в спектакле про войну «Не помню». Я там был Дедушкой, а он — моим Внуком. Теперь Андрюша, приезжая, непременно говорит мне: «Помню, люблю». Талантливый мальчик. Он всегда был талантливым, хорошим мальчиком. Не бывает так: что вот был плохой, не подавал никаких надежд, и вдруг стал хороший. С Андреем Звягинцевым всегда было понятно, что у него большое будущее. Меня всегда удивляет, когда в мемуарах пишут: «Я вообще-то не хотел быть артистом. Просто шел мимо театрального института...» Причем обязательно шел с каким-нибудь приятелем, и поступать собирался именно приятель, но — не поступил, а он — поступил. Легенда у всех одинаковая! Я, когда такое читаю, очень веселюсь! Не хотел, не мечтал — так не бывает...

    — Но ведь и у вас, — замечаем, — с актерской профессией сложилось все не сразу! И думали вы сначала не о театре, а о промышленно-гражданском строительстве, потому и учиться поступили в НИИЖТ!

    — И все же в артисты я «вырулил» не случайно: я и в народном театре играл, и в самодеятельности участвовал...

    После театрального училища было двадцать пять лет работы в ТЮЗе-«Глобусе», теперь двадцать лет — в «Красном факеле. В ТЮЗе он сыграл две сотни ролей! Кем только не был! Волшебником, Бабой-ягой, Карлсоном... «Переиграл всех зверей мужского пола», — смеется актер. Сам ставил спектакли. За что и получил звание заслуженного артиста и «титул» Рыцаря Детской Сказки. Он и теперь не разлюбил сказки — выходит на сцену в роли добродушного, сердобольного и веселого Царя Гороха в спектакле «Молодильные яблоки». Царей и королей он тоже переиграл великое множество — был Королем в «Снежной королеве», «Коньке-горбунке», Людовиком XIV в «Трех мушкетерах»...

    — В «Трех мушкетерах», помню, была сцена, когда Ришелье должен был забрать у королевы письмо от герцога Бэкингема и передать его мне. А на премьере актриса письмо забыла. Я, как положено, произнес реплику: «Возьмите у нее письмо». Она полезла за корсаж и... развела руками. Ришелье соответственно тоже. А у меня — текст: «В этом письме, которое я прочел...» И читать мне нечего...

    Конечно, он вывернулся, спектакль пошел своим ходом и зритель даже не догадался, что что-то было не так.

    — Наш зритель — и в этом его замечательная особенность — верит нам абсолютно. Когда в БДТ посреди спектакля на сцене появилась кошка, которая жила за кулисами, в рецензиях написали об интересном режиссерском решении.

    — И все же, — интересуемся, — почему, при всем уважении к вам и востребованности в «Глобусе», вы приняли приглашение «Красного факела»?

    — Конечно, решился я не сразу. Долго думал. И не последнюю роль тут сыграло то, что «Факел» — старейшина новосибирских театров. «Намоленное» место, здесь работало столько великих! И их дух до сих пор витает в этих стенах. Меня здесь замечательно все приняли. Тем более, что с большинством из актеров мы уже играли на тюзовской сцене.

    — Одним словом, на новую сцену я вышел без всякого мандража, как будто я все время здесь работал.

    Маэстро комедии

    Есть актеры, о которых принято говорить: «это артист с отрицательным обаянием». И они всю жизнь с большим успехом и удовольствием играют врагов и злодеев. Но это не про Григория Шустера! Он и сам признается, что играть подлецов ему всегда было сложно.

    — В спектакле «Снежная королева», когда мне дали играть роль Советника, это было для меня мучением. А когда я в том же спектакле стал играть короля — для меня это было удовольствием.

    В театре, говорит он, достаточно легко скрыть интеллект — человек, весьма далекий от науки, может блестяще играть академика. А вот личное скрыть невозможно.

    — Легко выходить на сцену, когда в роли есть судьба. Нет судьбы — на сцену выходить сложно. Когда я вел курс в театральном училище, то поставил там спектакль «Старший сын» по Вампилову. Потом этот спектакль был перенесен на сцену ТЮЗа. Я играл там Сарафанова, и это было мне очень по душе. Обо мне тогда кто-то из журналистов написал, что в нем «есть что-то леоновское». Хотя спектакль был поставлен раньше фильма...

    Добрый, ранимый, немного не от мира сего Сарафанов, в одиночку воспитывающий своих детей, в чем-то очень похож на самого актера. Григорию Шустеру в свое время тоже пришлось остаться одному со своими детьми. А несколько лет назад безвременно ушел из жизни его сын Анатолий. Говорят, время лечит — нет, не лечит...

    — Хотя я пытаюсь быть оптимистом. В театре надо быть оптимистом...

    Он, наверное, немного похож на всех своих лучших героев — веселых людей с грустными глазами. Органичнее всего, пожалуй, по-прежнему чувствует себя в комедиях — классических, лирических, «бродвейских»... Хотя, как характерный актер, готов работать с самым разным материалом.

    Зрителю вряд ли надо перечислять все роли, в которых он сегодня выходит на сцену. Трагический лорд Стенли в шекспировском «Ричарде III», непростой Клеонт в спектакле-эксперименте «Тартюф», влюбленный Сэм в «Девичнике над вечным покоем», Иван Кузьмич в пьесе Ивана Тургенева «Нахлебник» ... И даже Гитлер в пьесе Юлия Кима «Как солдат Чонкин самолет сторожил». Эта небольшая по объему роль сложна уже тем, что в пьесе она не прописана, и актеру все пришлось придумывать самому. Пришлось вспомнить и законы русского лубка, и советскую карикатуру и образ диктатора, созданный Чарли Чаплином... Ким, побывавший на спектакле, нашел его Гитлера «очень убедительным». И с этим сложно не согласиться.

    — «Можно играть хорошо, можно плохо, но главное, играть правильно», — говорит актер. — Это еще великий Щепкин сказал. Он же говорил, или священнодействуй, или убирайся вон. Актерской профессии надо отдаваться без остатка...

    Есть еще одна роль, которую Григорий Шустер «играет правильно» и которую любит вот уже 50 лет. Это роль Деда Мороза. Его Дед Мороз — долгожитель Новосибирска. Не случайно перед Новым годом у Шустера нет отбоя от журналистов. Его Дед Мороз — старичок-бодрячок из разряда, шутит актер, «Дед Мороз, проказник, приходи скорей на праздник». И это легенда, что Деды Морозы много зарабатывали. Никогда никто им не машин, ни квартир не покупал, но всегда было другое, не менее приятное и важное:

    — Ты приходишь, и все тебе рады. Все тебя любят! И взрослые, и дети. А дети — они же такие ласковые, очаровательные! И дети сегодня остались такими, какими были лет сорок-пятьдесят назад — заводными, веселыми, непосредственными. Несмотря на то, что все они сегодня «в компьютере».

    Иногда, признается юбиляр, после удачного спектакля он идет из театра и поет.

    — Не оттого, что не выложился. А просто оттого, что все хорошо прошло. По крайней мере, я внутренне так ощущаю...

    Желаем, чтобы такие приятные моменты случались в жизни Григория Шустера как можно чаще. И чтобы песни у него не кончались!

    Татьяна Коньякова

    «Вечерний Новосибирск» от 18 марта 2010

дополнительная информация

Если Вы располагаете дополнительной информацией, то, пожалуйста, напишите письмо по этому адресу или оставьте сообщение для администрации сайта в гостевой книге.
Будем очень признательны за помощь.

Обсуждение