Эдуард Ураков

Кино-Театр.РУ

НАВИГАЦИЯ

Эдуард Ураков фотография

Ураков Эдуард Семенович

06.02.1941 - 21.11.2014

биография

Родился 6 февраля 1941 года в Омске.

Заслуженный артист РСФСР (1.07.1987).

Артист Омского государственного театра кукол (ныне - Омский государственный театр куклы, актёра, маски «Арлекин») с 1958 года, прошел путь от рабочего сцены до ведущего актера театра. Владел перчаточными, тростевыми, теневыми, планшетными куклами, марионетками.
Был режиссером, заведующим художественно-постановочной частью театра.
Преподавал в Омском областном колледже культуры и искусства.
Долгое время был ведущим популярных детских телепередач Омского телевидения "Про театр, про кукол, про сказки", "Баюшки", "У Лукоморья".

Ушел из жизни 21 ноября 2014 года.

театральные работы

Волк («Золотой цыпленок» В. Орлова)
Карабас Барабас и Папа Карло («Золотой ключик, или Приключения Буратино» Е. Борисовой)
Бахус и Мидас («Прелестная Галатея» С. Дарваша и Б. Гадора)
Змей Горыныч и Мудрец («До третьих петухов» В. Шукшина)
Петер («Холодное сердце» Ю. Коринец)
Рогдай и Черномор («Руслан и Людмила» А. Пушкина)
Черт Карбарун («Чертова Мельница»)
Еж, Медведь и Петушок («Теремок»)
Страфорель («Романтики»)
Моноспектакль «Еврейское счастье»
Пак («Три поросёнка»)
Арлекин («Пушок-волшебник»)
Шимен («Заколдованный портной» Ю. Сидорова)
Главный Поганец («Сказ про слово сильное, звезду алую, барабаны громкие» А. Антокольского)
Рассказчик («Сказ про коша Бессмертного, Красу ненаглядную да Ваньку-царевича, или Сказки про Ваню»)
Главная ведьма, ворон Абрахас, возчик («Маленькая Баба-Яга» Ю. Коринеца)
Ау («Жуткий господин Ау» Х. Мякеля)
Столяр Лука («Каштанка» А.П. Чехова)
Хао-Чан («Маски жизни и смерти» А. Сорокина)
Крыса-дворник, Кот, Крысоид, Паук («Подземный король, или Крыса-дворник» Т. Мокроусовой, В. Бердичевского)
Бог Помощи, Финиск, Лампадион («Шкатулка» Плавта)
Бравый Чех («Оболганные и забытые» Л. Флаума)
Иеремия Морлендер и генерал Гибгельд («Месс-Менд»)
Умелец народный-певец благородный («По щучьему велению»)
Поэт («Как говорят французы...»)
Мош Терпин («Роза и паук»)
Оскар («Синяя Борода»)
Ведущий («Урфин»)
«Песнь о Гайавате» Г. Лонгфелло

Режиссер-постановщик
«Опасная сказка» И. Демченко (1999)
«Калиф-аист» В. Гауфа (2002)
«Путаница» К. Чуковского (2007)
«Сказка о глупом мышонке» С. Маршака (2011)
«Северная сказка» М. Супонева
«Машенька и медведь»
«Колобок»

призы и награды

Медаль «За трудовую доблесть» (1981).
Лауреат премии Администрации Омской области «За заслуги в развитии культуры и искусства» (1994).
Лауреат конкурса «Лучшая театральная работа 2002 года» в номинации «Легенда омской сцены».

театр

  • Омский театр куклы, актёра, маски «Арлекин»

    с 1958 года

источники информации

фотографии

публикации

  • От прозы работы до поэзии творчества – один шаг, или Парадоксы перехода случайного в закономерное (творческий портрет актера Омского государственного театра куклы, актера, маски «Арлекин» заслуженного артиста России Эдуарда Уракова).

    Он всего на пять лет моложе театра, служению которому посвящена вся его творческая и трудовая жизнь. Заслуженному артисту России, актеру Омского государственного театра куклы, актера, маски «Арлекин» Эдуарду Уракову – 65 лет. Из них 48 он посвятил работе в кукольном театре. У него одна запись в трудовой книжке о приеме на работу, менялись потом только название театра и должности.

    Хотелось помочь семье

    В 1958 году театр переехал из деревянного дома на улице Чкалова в новое здание на проспекте Маркса, 10. Эдуард Ураков к тому времени несколько месяцев работал монтировщиком сцены. Крошечное, тесное, но уютное помещение без малого на полвека стало его вторым домом.

    Отчего юноша в семнадцать лет начинает трудиться в театре рабочим? Легко подумать, что ведет его мечта стать артистом, и на пути к ней любая самая скромная должность хороша.

    В нашем случае все прозаичнее.

    – О чем тогда мечтал, сегодня не помню, – говорит Эдуард Семенович. – Была острая необходимость в стабильном заработке. Мы с мамой трудно жили, она не получала пенсии, и источником доходов была только помощь старших братьев.

    Старших братьев было семеро, да еще сестра. Они нянчили и воспитывали самого младшего в семье – Эдика. Ведь он родился перед войной, в феврале 1941-го, и, когда в прииртышском селе Увальная Бития не осталось мужчин, его маму, Анну Васильевну Уракову, выбрали председателем колхоза и депутатом. Многодетная вдова с малышом на руках тянула, кажется, непосильную лямку и, как водится, надорвалась: болела после войны, хотя ей не было еще пятидесяти. Пережила и жестокую несправедливость. За ее-то тяжкий труд и осталась без пенсии, без паспорта: не положены они были закрепощенным колхозникам. Годы прошли, пока власти разобрались, оценили и назначили Анне Васильевне даже не простую пенсию, а персональную, республиканскую. Это случилось уже в хрущевские, «оттепельные», годы. А после войны Ураковы жили трудно, как, впрочем, и большинство людей. По соседству с домом – Центральный рынок (на этом месте сейчас стоит Торговый центр), через дорогу булочная, где с вечера ребята занимали очередь за хлебом. Дежурили всю ночь, а утром приходили сильные и наглые парни, оттесняли женщин, стариков и мальчишек, чтобы отоварить карточки. В очереди удавалось получить драгоценный хлеб только к полудню.

    Беды и трудности обязательно должны уравновешиваться радостью. Вот он, источник мальчишеской радости – за оградой, кинотеатр «Луч», где показывают волшебные трофейные фильмы. И, наловчившись крючком открывать дверь, можно незамеченным шмыгнуть в темноту зала и сеанс за сеансом зачарованно смотреть на Лолиту Торрес в «Возрасте любви», пока безбилетных зрителей не обнаружат и не прогонят.

    Детство закончилось, когда Эдик решил перейти из 85-й школы в вечернюю, чтобы зарабатывать деньги.

    Любимые роли

    В театр влюбляются раз и навсегда или не задерживаются в нем.

    Эдуард Ураков влюбился сразу. Ставил декорации и в первые же месяцы выучил наизусть все роли в спектаклях, которые тогда шли. Поэтому, когда утром 1 января один из актеров не смог выйти на сцену по «нездоровью», молодой монтировщик сумел его заменить.

    С тех пор Эдуард Ураков – актер. Он сыграл 150 ролей и как режиссер поставил три спектакля.

    Мы говорим с актером о любимых, по какой-то причине дорогих ролях, ролях-долгожителях. Эдуард Семенович скромно говорит, что далеко не за все работы мог бы себя сегодня похвалить. Оценивая роль, он думает, как бы к ней отнеслась Анастасия Трифоновна Варжало, его первый режиссер, его главный педагог в театре. В начале 1970-х была сделана новая редакция спектакля «Руслан и Людмила». Ураков играл Черномора. После премьеры Анастасия Трифоновна поцеловала актера и сказала спасибо. Она была сдержанна в оценках, и ее похвала дорогого стоила.

    Еще актер выделяет спектакль «Жуткий господин Ау», где он сыграл заглавную роль: «Безумно люблю этого деда. Мне кажется, что этот герой выражает и мою сущность. Маленький старичок, оставшийся в детстве, который воспринимает мир широко открытыми, детскими глазами и постоянно в нем делает удивительные открытия».

    «За выстраданность» Эдуарду Семеновичу дорог спектакль «Еврейское счастье». Работая над ролью бедного философа Шимен-Эле, Эдуард Семенович неожиданно пришел к вере, принял православие, и крестными стали режиссер спектакля Юрий Фридман и художник по костюмам и соавтор пьесы Алла Чернова. За эту работу, в которой актер работает с планшетными куклами выше человеческого роста, Эдуард Ураков был удостоен премии администрации Омской области «За заслуги в развитии культуры и искусства». Он является первым театральным лауреатом этой премии, учрежденной в 1994 году.

    Актер очень строг к себе, называя три роли. А множество омичей на всю жизнь запомнили его выразительных героев разных лет: Карабаса-Барабаса в «Золотом ключике» и папу Карло в позднейшем спектакле по той же сказке «Буратино». Пака – в «Трех поросятах» и столяра Луку в «Каштанке», Арлекина в спектакле «Пушок-волшебник», а во взрослых спектаклях: три роли в «Шкатулке», две – в «Месс-Менд».

    Он одним из первых в омском театре стал выходить на сцену в живом плане, и все знают, что Ураков – прекрасный драматический актер. Чувство юмора, импровизация, игра с залом, переходящая в захватывающее общение, – все это его стиль. Но в первую очередь он кукольник, с потрясающе чуткими, как у пианиста, пальцами, которые виртуозно управляют куклами любой конструкции. Человек, умеющий оживлять кукол.

    По системе Станиславского

    На пороге 70-летнего юбилея театра его старейший актер Эдуард Ураков с любовью вспоминает разные периоды в жизни коллектива. Эпоха Анастасии Трифоновны Варжало была эпохой системы Станиславского. Вряд ли классик думал о приспособлении его метода к созданию спектаклей в театре кукол. Кажется, этот жанр ближе к представлению, чем к театру переживания. Но вслед за Сергеем Владимировичем Образцовым Анастасия Трифоновна с увлечением использовала психологический метод при создании кукольных спектаклей.

    – Анастасия Трифоновна была фанатиком системы Станиславского, – вспоминает Эдуард Семенович. – Из всех, кого я знаю, она наиболее последовательно руководствовалась и духом, и буквой системы. Во время работы над ролью у актеров шло накопление эмоций, фактов – они нанизывались, как ожерелье на нить. Каждый должен был рассказать о своем герое от его рождения. Пусть наши образы – сказочные, это метафоры, за которыми скрыты человеческие типы и взаимоотношения. Было огромное сопротивление такой кропотливой работе. Кроме того, Анастасия Трифоновна верно следовала своему учителю в этических принципах. А театральная этика Станиславского довольно жесткая. Театр начинается с вешалки… Анастасия Трифоновна понимала это так: если кто-то из мужчин не снимал головной убор при входе, рисковал быть удаленным из театра. Актер был обязан быть на репетиции за полчаса до начала, на спектакль – прийти за полтора часа, если занят во втором акте, и за два часа, если в первом. Появление в нетрезвом виде даже не в театре, а в любом общественном месте, в поезде или на улице – строго наказывалось.

    Театр развивался в одном направлении и имел свое лицо.

    – А потом произошло то, о чем я сожалею сегодня, – продолжает актер. – Мы стали ездить на фестивали, увидели театры, которые работали иначе, – в броской, выразительной манере. Это были театры Германии, Чехии, Беларуси, других российских городов. Показалось, что вот он, путь развития кукольного театра, мы же топчемся на месте. И я сказал об этом на собрании труппы. Анастасия Трифоновна новые веяния не приняла душой и сердцем. Она рассудила, что проработала много лет, пора и честь знать. На меня обиды не держала, мы были в теплых, дружеских отношениях до конца ее дней. Но я жалею об утрате той атмосферы добра, что была в те годы, не считаю излишеством и строгость к каждому.

    Что может кукла?

    Эдуард Семенович рассказывает о спектакле «Песнь о Гайавате» Лонгфелло. Там есть такая сцена. Герой ждет любимую. Ничего нет над ширмой – рябина и кукла, которая почти статична. Звучит музыка, герой вздыхает. Его чувства актер выражает еле заметными нюансами, двумя пальцами одухотворяя куклу.

    Он уверен: оживающая кукла может все, ей подвластны тонкие нюансы человеческих чувств и броская пародия. Только нужны «бриллиантовые руки», какие были у Тадеуша Мечиславовича Варжало, лучшего кукольника России, по мнению Эдуарда Семеновича. И еще, как ни странно: взаимопонимание с куклой. Актер знакомится со своим будущим персонажем еще в мастерской, сразу узнает в кукле своего героя или просит переделать куклу. Потом «притирка» друг к другу, поиск взаимопонимания. А называется этот таинственный процесс очень просто: актер-кукловод.

    Любовь проверяется в беде

    Когда театр становится родным, коллеги неизбежно попадают в круг самых близких людей. И обнаруживается, что любовь не нужно искать в романтическом далеке. Потому что она рядом.

    Много лет имена Эмиры и Эдуарда Ураковых всегда стояли рядом в программках и афишах.

    Они расписались перед отъездом на фестиваль в Кузбасс. Это случилось 1 апреля 1964 года в 4 часа дня. В загсе был выходной, для них по знакомству сделали исключение. И сразу – на вокзал, в поезд, где и отпраздновали свадьбу. Как сели в вагон, так и гуляли всем коллективом до Кемерова. Эмира и Эдуард прожили вместе 37 лет.

    Говорят, когда муж и жена работают вместе, год идет за два – ведь у «нормальных» пар общения вдвое меньше. А если семья творческая, где неизбежна сшибка самолюбий?

    – У нас не было ревности к успехам друг друга, – говорит Эдуард Семенович. – Я был, наверное, лидером, но я всегда четко знал, что как актриса Эмира сильнее меня. Опыта побольше. И еще она обладала потрясающей интуицией, ей было легче, чем мне, перевоплощаться. Я не знаю, откуда это в женщине… Жена на четыре года раньше меня получила звание, высшую ставку. Я воспринимал это совершенно естественно.

    Две театральные бригады летом разъезжались на гастроли в разные концы области, а то и в дальние края, например, по Средней Азии, Украине. Если и папа, и мама – актеры, нужно было пристраивать куда-то детей. Театр мог достать путевки в пионерские лагеря сразу на несколько сезонов. Сын и дочь Ураковых на лагерь не соглашались. Бабушек не было, и детей приходилось брать с собой. Дополнительные хлопоты, конечно, осложняли и без того нелегкую кочевую гастрольную жизнь, но спустя годы трудности вспоминаются как дорогие мгновения счастья.

    Красавица актриса с высоким, нежным, как звон серебряного колокольчика, голосом. Такой осталась в памяти зрителей Эмира Константиновна Уракова.

    – Никто и никогда не видел ее без прически, макияжа. Я, муж, за 37 лет – не видел. Эмира всегда была в форме, следила за собой. Непонятно, как успевала…

    Она ушла из жизни неожиданно.

    – Я лежал в больнице со страшным диагнозом, полгода, – рассказывает Эдуард Семенович. – И каждый день, ровно в 10 часов Эмира была у моей постели. Можно было по ней проверять часы. Жена меня выходила, а сама нервничала, сердце не берегла, к врачам не обращалась. Я чувствую вину перед ней…

    Играть всегда

    Вряд ли кто-то среди качеств, необходимых актеру, назовет мужество. Но бывают такие ситуации, когда ответственность перед зрителями и чувство долга диктуют особенные поступки.

    В день бенефиса Эдуарда Уракова театр показывал спектакль по пьесе Татьяны Мокроусовой и Валентина Бердичевского «Подземный король, или Крыса-Дворник». Как обычно, спектакль игрался дважды. У Эдуарда Семеновича – четыре роли. Он и Крыса-Дворник, и Кот Васька, и Крысоид, и Паук. Игра идет с куклами и в живом плане. Никто из зрителей не догадался, что актер неважно себя чувствует. Он простудился и за пару дней до бенефиса температура поднялась до 38 градусов.

    Так было много раз: билеты проданы – бюллетень отменяется. Трудно, но нужно. Были и экстраординарные случаи. Эдуард Семенович перед поездкой на фестиваль омских театров в Москву сломал ногу. В столице предстояло играть спектакль «Еврейское счастье». Режиссер и художник – москвичи, они давно мечтали, что спектакль этот увидят столичные театралы и критики. Но играть в гипсе было немыслимо. «Еврейское счастье» – моноспектакль, где герой Эдуарда Уракова в течение полутора часов находится на сцене, «оживляет» семь кукол. Пластический рисунок роли предполагает бег по зрительному залу, лазание по лестнице. Спектакль состоялся. Перед началом у актера сняли гипс, сделали новокаиновую блокаду. В антракте повторили процедуру с обезболиванием. Зрители не догадались, что актеру потребовались героические усилия.

    Мир не перевернулся бы от того, что спектакль отменили. Но авторам, театру, да и самому актеру, было важно, чтобы этот спектакль состоялся. И не случайно в актерской среде издавна принято говорить: служить в театре. Служить, а не работать.

    Волшебная сила искусства

    В молодости режиссеры хотели видеть Уракова в амплуа героя. Он сам считал себя характерным актером. А с годами чаще выступал в роли доброго сказочника.

    Несколько поколений омичей знают Эдуарда Семеновича как дядю Эдика из телепередач «Баюшки» и «Про театр, про кукол, про сказки». Омская вечерняя программа Людмилы Пушилиной успешно соревновалась с всесоюзной «Спокойной ночи, малыши!», и дядя Эдик был постоянным другом и гостем маленьких омичей.

    – Иду по городу – все здороваются. Нельзя было закурить на улице. Однажды летом не было горячей воды, и я с сыном пошел в баню. Разделись, взяли шайки, и вдруг маленький мальчик говорит: «Смотрите, дядя Эдик голый!».

    Прямо, как в андерсеновской сказке про голого короля. Внимание приятно, но часто хотелось сбежать, спрятаться от него. А передача «Про театр, про кукол, про сказки» была его собственным проектом и выходила в течение 15 лет.

    Как ни мал был зал театра кукол, а большинству омских детей удавалось в нем побывать, а значит, познакомиться с ведущим актером Эдуардом Ураковым. Но телевидение дарит популярность иного масштаба. Когда в сельских домах еще не было телевизоров, приезд кукольников со спектаклем был необычайным событием. Днем играли для детей, поздно вечером – для взрослых. Приходили доярки, смотрели кукольные спектакли, переживая за героев, порой всплакнув в платочек. До выхода актеров на поклон солидные по возрасту зрители всерьез обсуждали, как оживают куклы: может быть, электроток их приводит в движение?

    Наивные, благодарные зрители, чудесные воспоминания.

    Сегодняшнего зрителя, даже малолетнего, трудно чем-либо удивить. Телеэкран – главный поставщик зрелищ. И в этих зрелищах, с точки зрения сказочника Уракова, несколько нарушен баланс добра и зла. Зло безраздельно царствует, а носители добра – это исключительные личности, одиночки, противостоящие разрушительным силам. Это неестественно, добро должно побеждать, иначе бессилие и уныние будут сопровождать жизнь с раннего детства.

    За добрыми сказками – добро пожаловать в театр «Арлекин».

    Что такое везение?

    – Я мог бы работать только в двух театрах – омском и абаканском, – говорит Эдуард Семенович.

    Это он – о близком стиле и духе театров, о режиссуре. «Арлекин», ему кажется, преуспел как театр рассказчика – путь, очень близкий актеру. Очень интересен ему и Абаканский театр, с которым постоянно случаются встречи на фестивалях. Главный режиссер Абаканского театра Евгений Ибрагимов мечтает собрать звездный состав российских актеров-кукольников и поставить спектакль, который прозвучал бы не только в России, но и за рубежом. Эдуард Ураков входит в когорту нескольких лучших. Ему присвоено звание «Легенда омской сцены», а на II Региональном фестивале театров кукол Сибири Эдуарду Уракову присуждена премия «За честь и достоинство».

    В театре говорят о династии Ураковых, потому что педагогом в «Арлекине» трудится дочь Инесса Рубцова. И рядом с ним – Ирина, художник театра. Иная модель семьи актеру неизвестна: по-прежнему театр – это дом, дом – это театр.

    Я спросила:

    – Вы везучий человек, Эдуард Семенович?

    – Конечно, – ответил актер. – В жизни больше везло на хороших людей, чем на плохих.

    Неожиданный ответ, потому что обычно мы, говоря о везении, подразумеваем личную удачу. Ну и, конечно, как и положено сказочнику, Эдуард Ураков заключил: «Я верю в добро в душе любого человека».

    Актер, прослуживший в одном театре почти полвека, мечтает сыграть героя мудрого, прозревшего, не стяжателя, художника. Портрет будущего героя так похож на самого актера.

    Светлана Васильева

    Журнал "Омск театральный", апрель 2006

дополнительная информация

Если Вы располагаете дополнительной информацией, то, пожалуйста, напишите письмо по этому адресу или оставьте сообщение для администрации сайта в гостевой книге.
Будем очень признательны за помощь.

Обсуждение