Владимир Жеребцов: Актер и режиссер должны существовать в диалоге

Кино-Театр.РУ

интервью

Владимир Жеребцов: Актер и режиссер должны существовать в диалоге

Владимир, расскажите, пожалуйста, немного о себе

- Я родился в Москве, здесь же окончил школу и здесь же учился в театральном училище им. М.С. Щепкина, куда поступил сразу после школы.
Вы рано начали работать в театре?

- Есть такая практика, что студенты щепкинского училища участвуют в спектаклях Малого театра: в массовках, в эпизодах. И мне доверили маленькую роль в спектакле Владимира Михайловича Бельца – моего художественного руководителя – "Тайны мадридского двора". Я играл пажа, у меня было две фразы и три танца (это было в конце первого курса). Потом я вырос из пажей физически и меня перевели на роль солдата в этом спектакле, кого я и играл до четвертого курса.

А в большой роли я вышел на сцену здесь, в Театре им. Пушкина на втором курсе – это был Ромео.

А как получилось так, что Вы, готовясь к работе в Малом театре, оказались в театре им.Пушкина?

- Это вообще произошло загадочно, непонятно. Я все подробностей происходящего, конечно, не знаю, но сильно подозреваю, что к этому причастна Оксана Мысина, которая в то время репетировала с Романом Ефимовичем Козаком. Она была на первом экзамене у нас и меня там увидела. В этот момент у Романа Ефимовича как раз возникла проблема со спектаклем "Ромео и Джульетта", Сергей видимо уходил из спектакля (Сергей Лазарев – прим. редактора) по своим причинам, и нужен был новый Ромео. Видимо Оксана посоветовала меня ему. Я пришел на просмотр в театр, накануне мне сказали выучить последний монолог Ромео, я, разумеется, его плохо выучил (смеется). В общем, как-то так получилось, что меня взяли. И я стал репетировать с Аллой Борисовной Покровской, с Романом Ефимовичем Козаком и с Аллой Михайловной Сигаловой. И спустя 2-3 недели сыграл Ромео. Это был ввод. И вот уже 6 лет играю.

Недавно состоялась премьера спектакля "Письмо счастья". Как вы оцениваете эту работу?

- Очень сложный спектакль и достаточно сложными были взаимоотношения во время репетиций лично у меня и с постановкой, и с материалом, и со всей режиссерской группой, с Джиллом (режиссер Дж. Дж. Джилинджер). Но, что сделано, то сделано.
А с чем Вы были не согласны?

- Дело не в том, что я с чем-то не согласен: достаточно интересно было работать и достаточно интересная манера у Джилла работать. Но если я привык к таким вещам, как разбор текста, доскональное копание в роли, в пьесе, в материале, делание этюдов на темы (по поводу, без повода), в целом к такой репетиционной кухне, то у нас же этого не было вообще. Мы просто выучили текст и спустя несколько дней вышли на площадку разводить мизансцены. Для меня это было достаточно странно. Но это тоже опыт.
У него совершенно другой подход к работе. Я не могу сказать, что это – мой подход, потому что я привык к другому. Но это имеет право быть, почему нет?

Как Вам работалось с Евгением Писаревым?

- С Евгением Александровичем Писаревым работалось замечательно, когда мы ставили "Пули над Бродвеем", хотя это тоже было очень тяжело, потому что это была огромнейшая роль, которая была дана театром, но она стала подарком.

Это была ваша вторая роль после Ромео?

- Нет, была еще премьера "мадам Бовари" у Аллы Михайловны Сигаловой, где тоже была достаточно большая роль, хоть и не главная. Но это конечно совершено разные материалы и разные подходы к работе. И конечно одно удовольствие было и с Аллой Михайловной Сигаловой работать, и с Евгением Александровичем Писаревым.
А какой спектакль у Вас самый любимый?

- "Пули над Бродвеем". По многим причинам: и потому, что это прекраснейший материал, и я считаю, что это достаточно хорошая постановка. Я благодарен всем моим партнерам: Вере Валентиновне Алентовой, играть с которой одно удовольствие, и Насте Паниной, и Саше Матросову и вообще всем. Каждый месяц я жду, когда будут "Пули над Бродвеем".

А как относитесь к творчеству Вуди Аллена?

- Нравится. Последний фильм "Вики, Кристина, Барселона" - замечательный фильм, замечательное атмосферное кино.
Сразу захотелось поехать в Испанию?

- Ой, не то что в Испанию. Пить вино и вообще… Хавьер Бардем, Скарлетт Йохансон, Пенелопа Крус… я даже счастлив за нее, что ей дали Оскара за роль второго плана в этом фильме.

Как Вы думаете, какой спектакль сегодня зрителю интересен?

- Думаю, что ему интересен тот спектакль, который понятен. Мне так кажется, что если человек приходит в пятницу вечером после работы в театр, неважно, на сцене комедия или что-то серьезное, его должно это трогать – та проблема, которая затрагивается. Это должно его трогать и должно быть понятным для него. Мне кажется, это одна из важных и существенных вещей. Зритель должен узнавать себя в каких-то ситуациях, он должен сопереживать. Он не должен сидеть с "холодным носом" и отстранено смотреть. А если уж он чем-то может параллельно заняться (написать смс или поделиться с соседом впечатлениями), то это вообще чудовищно. Все должно быть понятно, явственно, прозрачно, тонко… Он должен плакать или смеяться.
Я так считаю, что даже не актеры должны смеяться, рыдать и рвать страсти, а это должно со зрителем происходить. Актер может быть вообще с нейтральным лицом на сцене, не выражать ничего, но если в этот момент на него смотрит зритель и рыдает, и ему сопереживает, то это высшая похвала.
А Вам, как зрителю, какие спектакли интересны?

- Я очень люблю спектакли своих знакомых, друзей, которые меня приглашают. Чаще всего так получается ходить. Я очень люблю Бутусова как режиссера, мне интересны все его постановки. Спектакли Женовача. Из немосковских я обожаю Евгения Марчелли (Омский драматический театр). Во время их московских гастролей я пересмотрел все спектакли: и "Фрекен Жюли", и "Вишневый сад", и "Дачники" - мне очень нравится. А еще я хожу на дипломные спектакли на курс, где я учился, к Римме Гавриловне Солнцевой.

Почему?

- Как почему? Потому что это мои педагоги. Мне интересны и те, кто идут за мной, и те люди, кто с этими ребятами занимается, потому что они работали со мной 4 года и отдавали себя полностью этому. То что во мне сейчас есть, это их абсолютная заслуга. Они отдавали мне это 4 года. Мое право было – брать, не брать. Я брал как мог. Студент – это губка, которая должна впитывать.

А как по Вашему, Владимир Жеребцов тогда и Владимир Жеребцов сегодня – это разные люди?

- Это колоссальная разница исключительно из-за того, что были работы, и каждая работа – это огромнейший опыт. Работа с режиссером, работа с материалом, работа с партнером. Я вообще считаю, что мне очень повезло с партнерами, с которыми я сталкивался в кино и на театральной сцене. Я работал с Татьяной Анатольевной Догилевой, с Виктором Вержбицким, с Верой Валентиновной Алентовой – это огромное удовольствие. С Григорием Гладием в фильме "Морозов"!

Расскажите об этой работе?

- Попал я в фильм обычно – прошел кастинг. Вообще, мне кажется заслуга всего этого фильма – это тот ансамбль и те люди, которые делали фильм. Вся группа, которую собрал Андрей Джунковский, режиссер фильма. Это была его первая режиссерская работа и он – талантливейший человек. Это его идея, что главную роль должен играть Гриша Гладий…

На самом деле, если читать сценарий – обычная ментовская история с обычными расследованиями. Но как он собрал этот ансамбль и как решил это визуально вместе с операторами Володей Брыляковым и Вячеславом Лазаревым!Фантастически.

Приехал Гриша Гладий, который уже 20 лет живет не в России, и та действительность, которая на улице происходила, была чужда ему. Он этого не знает, но у человека колоссальный опыт и вообще он гениальный артист. Мы с ним очень дружны и мне хочется сказать как можно больше хороших слов о нем… это Человечище! С большой буквы.

Какой из Ваших фильмов Вы выделили бы как самый значимый или самый трудный?

- Выделить один я не смогу, могу назвать несколько. Физически трудным было "Пари" Натальи Бронштейн. Морально тяжелым – "Жизнь, которой не было" по мотивам "Американской трагедии". Вот "Морозов" мы снимали очень легко, несмотря на его мрачность и тяжелый материал. Все происходило в потрясающей атмосфере, все давалось легко – будто комедию снимали.
Очень интересной была работа с Верой Яковенко, фильм "Вернуть Веру". Я столкнулся с потрясающей девушкой, это был ее режиссерский дебют и то, сколько она копалась в этом, сколько фильму отдавала – очень интересно было. Я бы отметил эти вещи.

Разница в подходе к работе у режиссера-мужчины и режиссера-женщины есть?

- Конечно есть. С женщинами легче. Мне легче (смеется). Они быстрее соглашаются на мои предложения, на мое видение роли. Мне кажется, что актер и режиссер должны существовать в диалоге, они должны слышать друг друга. И конечно с женщинами в этом вопросе легче. Они должны слышать друг друга. Это огромное везение, когда актер находит своего режиссера.
А Вы нашли своего режиссера?

- Пока нет.
Какие роли Вас привлекают сегодня, и чтобы хотелось сыграть?

- Хотелось бы сыграть неожиданные вещи. Говоря о киноработах, многие роли достаточно однообразны по своей интеллигентности, хотя были и неожиданные вещи. Очень хочу совершенно отрицательную роль либо фантастическую. Комедию или сказку.
А в сказке кого бы сыграли? Гадость лесную или что-то хорошее?

- Гадость лесную, конечно. Злого волшебника. С другой стороны хочется сыграть все. Потому что когда работаешь, выпускаешь спектакль, делаешь фильм и полностью в этом находишься, не думаешь о другом. Как только все заканчивается, сразу понимаешь "Так, надо дальше работать". Хочется все сыграть.
Как удается совмещать театральные работы и съемки?

Конечно, нужно продумать, как это лучше сделать. Я никогда не снимаюсь в тот день, когда у меня спектакль, пытаюсь освободить этот день. И все равно это кайф: кайф беготни, этого безумного ритма. Когда такой ритм – не устаешь. Устаешь, когда нечего делать. Перестаешь думать о роли, о своей работе, она перестает тебе нравиться.
И чем Вы занимаетесь в свободное время?

Я хожу на карате. Да. Вот сегодня у меня тренировка, но я пропускаю. Три раза в неделю я хожу на карате, которое стало для меня отдушиной.
Это какая-то особая философия?

Это особая философия. Я начал заниматься недавно, у меня нет никаких поясов. И я не хочу быть самым сильным. Но я занимаюсь с осени у очень хорошего тренера и вообще нас собралась целая группа замечательных людей. Мы ходим на занятия, бьем друг друга, бьем груши и получаем от этого колоссальное удовольствие.
Нетрадиционный вид спорта. Как Вы пришли к этому?

- Мой друг, который этим занимается, предложил мне попробовать. Я пришел в первый раз, попробовал, еле вышел оттуда и сказал, что больше никогда туда не пойду. Через неделю возник свободный вечер, и он мне снова предложил сходить туда. Я начал ходить, и уже через месяц понял, что не могу без этого. Не могу без этой физической нагрузки, без этой боли, которую иногда испытываешь. Такая своеобразная философия.

В фильмах "Пари" и "Жизнь, которой не было" главный герой идет к своей цели, переступая через общечеловеческие нормы, через мораль, через принципы. Как по-вашему, почему такая тема интересна и востребована в кино?

- Потому что она актуальна. Потому что мы живем во время, когда деньги играю главенствующую роль. И цель такого фильма не то чтобы облачить и погрозить пальчиком "Так нельзя делать!", а хотя бы показать. И если кто-то узнает в этом себя и задумается, что существует нечто более важное, чем просто обогащение и стремление идти по головам к достижению какой-то материальной цели.

Однажды после выхода фильма "Жизнь, которой не было", я занимался в спортзале и встретил одного человека. Он пошел за мной, и я подумал, что, может быть, узнал. А он окликнул меня и сказал: "Спасибо Вам большое за то, что Вы показали мне мою жизнь". Я даже как-то испугался, потому что в фильме все идет не достаточно гладко – моего персонажа посадили. И я понял, что этот человек тоже переступил через себя, меня поблагодарив. Получается, что его это тронуло: он приходил, включал телевизор, смотрел и о чем-то думал. Это была наивысшая похвала.
Эта работа вызвала большой интерес у Ваших поклонников. Они продолжают ее обсуждение на разных сайтах. А Вы сам – пользователь интернета?

- Я захаживаю, но не "сижу" там. По причине того, что мы все-таки живем в 21 веке, понимаю, что нужно этим пользоваться, но без фанатизма.

Вы знаете, что у Вас есть свой сайт?

- Да, знаю: есть и сайт, и группа людей, которая этим занимается. Иногда я туда захожу, читаю и благодарен всем за такие теплые слова.

Но не скажу, что я активный пользователь интернета. Я лучше на тренировку схожу. Сейчас это главное мое увлечение, которое мне очень нравится.

Кино, книги, театр?

- Кино, книги, театр – это все сопутствующее моей профессии. Без этого никак. Если вручение Оскара, то, разумеется, перед вручением нужно пересмотреть все фильмы. А если их не показывают, значит, нужно купить диски с этими фильмами. Когда смотришь церемонию, нужно же понимать, за что людям дают статуэтки (смеется).

Где Вас в ближайшее время можно будет увидеть?

- Сейчас я нигде не снимаюсь, у меня период отдыха. В театре выпустил премьеру – "Письмо счастья". И перед началом репетиций закончил картину у Сергея Гинзбурга – "Первая попытка".

О чем фильм?

Это история о женщине и ее мужчинах. Я играю одного из ее мужчин, который появляется в ее жизни, когда она становится женщиной средних лет. Когда ей уже за 40, и она встречает свою любовь, то понимает, что в молодости она найдет именно то, что ей нужно. Мелодраматическая история.

Как, по вашему мнению, что самое трудное в актерской профессии?

- Не потерять себя. Не растерять. Сначала найти себя, что очень трудно и очень важно. Развиваться – очень трудно и очень важно. И очень трудно не разменять себя на какие-то вещи. Вроде бы думаешь: "Согласись, и у тебя все будет хорошо и в финансовом плане, и вообще. Переступи через себя – снимись в "некачественном" кино, зато у тебя все будет хорошо…"Нет, нельзя. Нужно хранить себя.
Вы себя сейчас оберегаете и стараетесь держать планку, не опускаясь ниже какого-то уровня?

- Я счастлив, что меня окружает очень много моих хороших друзей, которые меня поддерживают и которые тоже находятся в этой профессии. И я не могу их предать. Я не могу предать своего педагога – Римму Гавриловну Солнцеву, не имею права. Она меня учила и говорила, что нужно уметь выбирать, разделять, фильтровать. И конечно, нужно уметь развиваться в этом. И еще найти себя в актерской профессии.
А Вы себя нашли?

- На данный период наверное. Мне кажется, что у меня есть определенные актерские силы. Есть силы в каких-то работах делать что-то неожиданное. Раньше было так, что я очень волновался, переживал, думал о том, о чем вообще нельзя думать: как я буду выглядеть со стороны, хорошо ли плохо у меня получается. Сейчас у меня это уже прошло. Я не думаю, красиво или нет я буду выглядеть со стороны. Мне интересно сделать что-то неожиданное. Я думаю о роли, а не о том, что и кто говорит.
Вообще, мнение окружающих о Вашей работе Вам важно?

- Мне важно мнение близких мне людей. То, что говорят люди, которых я не знаю – пусть говорят. Я доверяю тем, кто рядом. Как в фильме "Знакомство с Факерами" - существует круг доверия. Нужно сформировать свой круг доверия. И я верю своему кругу доверия, который меня окружает. К ним я конечно прислушиваюсь. Даже к критике.
Критика часто идет со стороны тех, кто не имеет отношения к актерской профессии?

- Да, и иногда это задевает. Я спорю, начинаю доказывать и говорить: "Ты же ничего не понимаешь!" Но это самое ценное, когда идет критика от человека, не имеющего отношения к профессии, не имеющего представления об этой кухне, и его замечания (вдруг) могут быть очень точными. Но опять же, если это происходит в кругу доверия.
Вы колючки выпустите, поспорите… но не обижаетесь?

- Нет, ни в коем случае. Поспорить – я поспорю, столько доводов приведу, что не остановить.
О чем мечтает актер Владимир Жеребцов?

- Он мечтает обо всем. Он мечтает о ролях, об интересной работе с хорошими режиссерами. Он мечтает о семье, о том, чтобы его родные были счастливы, здоровы. О том, чтобы любимый человек, который со мной, был счастлив. Наверное, об этом.


Беседовала Екатерина Кузьмина
Апрель 2009 года


Фотографии - личный архив В.Жеребцова

фотографии

Обсуждение

анонс