«Иванов» на грани веков или десятилетняя премьера.

Кино-Театр.РУ

Рецензии на спектакли

«Иванов» на грани веков или десятилетняя премьера.

Теплый воскресный осенний вечер окутывает улицу Казакова. Все чаще попадаются люди с букетами в руках, спешащие по направлению к нежно зеленовато-голубому зданию театра им. Гоголя. Неподалеку от служебного входа поблескивает алюминиевой рамкой под бликами одинокого фонаря афиша «Иванов» с веерообразным логотипом профиля драматурга.
Иванов?! Это казалось невероятным. Вспомнилось, что в 1998 году спектакль Cергея Яшина критики признали лучшей постановкой «Иванова». Цветы, аншлаги, нескончаемые аплодисменты и как венец успеха – премия мэрии Москвы создателям спектакля. Но ведь премьера была десять лет назад! А для спектакля и пять лет возраст весьма приличный…
Да… Это был тот самый спектакль… Те же декорации, практически тот же состав. Но прошли годы, и «Иванов» зазвучал иначе, не потеряв при этом своей актуальности.
В 1998 году, на излете уходящего века, атмосфера в стране была насыщена беспокойством и подавленностью: заводы закрывались, государственные предприятия и театры в том числе, теряли материальную поддержку и в довершение общей психопатии – дефолт, соединившийся с правительственным кризисом. В то время депрессия Иванова мало кого удивляла, а была понятной и чуть ли не естественной. Иванов С. Яшина был современником, Гамлетом, случайно попавшим в век дельцов и ростовщиков, потерявшимся во времени и неспособным перестроится под новые стандарты общества. Через несколько лет, в период относительной стабильности и процветания, Иванов все чаще стал восприниматься неврастеником с признаками эндогенной депрессии…
И вот, в 2008 году, когда снова появилось гнетущее беспокойство в ожидании дефолта, спектакль опять удивляет, обнажая новые грани замысла режиссера, сработавшие через 10 лет. Однако теперь виновником успеха оказался не только опыт и талант режиссера и его актеров, но и неумолимо бегущие годы. В нынешнем «Иванове» главного героя одолевают муки кризиса среднего возраста. И часто повторяющаяся фраза: «я сломался, надорвался» становится девизом Иванова, работая в данном контексте сильнее монологов. Чтобы усугубить конфликт своего замысла, Сергей Яшин сплел воедино оба чеховских варианта «Иванова»: комедию и драму, дополнительно создав ложный финал. Всего несколько штрихов: пистолет у виска актера, приглушенный свет, обрамляющий середину сцены - и зал замирает, едва дыша, в предчувствии скорой развязки. Но неожиданно тишину разрывает отравленный горечью смех Иванова (з.а. О.Гущин), увлекающий в его безумный танец больной души.
Многослойный чеховский текст «разрисован» художественно-музыкальным оформлением спектакля. Уже с первых минут поднятия занавеса оживленный стрекот сверчков из темноты и уханье совы под звездным небом вплетаются в общую канву атмосферы. Довершает картину зеленое покрытие сцены и легкие кресла на ней.
На фоне переживаний Иванова раскрываются трагические судьбы из его окружения. Выстрадан каждый персонаж. Фантастически Светлана Брагарник (народная артистка России) играет Сару и ее чувство любви. Фигура доктора Львова (А.Болсунов) в спектакле представлена резко отрицательно, неким моральным садистом, медленно и методично убивающим свою жертву (Иванова), с тем лишь отличием, что вместо скальпеля он использует слово. Но вместе с тем, не покидает ощущение, что влюбленный в свою умирающую пациентку доктор - это такой же непонятый, как и Иванов, которого он так яростно осуждает, человек, стремящийся лишь к правде и добру, но причиняющий только боль. Даже брюзгу и циника, разорившегося графа Шабельского (з.а. И.Поляков), живущего лишь воспоминаниями, хочется пожалеть, как жалеет его Лебедев (А.Алексеев), полностью покорившийся воле скупой Зюзюшки (з.а. О.Забара).
И в хоре этих отдельных судеб звучит печальной мелодией душа Иванова, рывками и на короткие мгновения, то срываясь на дикую пляску и соскальзывая на унылое и безрадостное звучание, то внезапно обрываясь… Идя вслед этой мелодии, подчиняясь ее ритму, актер Олег Гущин произносит монологи или размеренно, или в бешеном темпе, словно виртуозно перебирающий струны гитарист, он вовлекает в бурю своих эмоций.
Каждая актерская работа в спектакле выполнена мастерски и достойна высших похвал.
Удивительно, но факт: даже через 10 лет спектакль сохранил впечатление премьеры и все также зрителей охватывает грусть и сопереживание – а это лучше любых слов свидетельствует о талантливой работе тех, кто его создавал.


Обсуждение

фотографии

анонс