«Последняя ошибка Моцарта» в МХТ им. А.П.Чехова

Кино-Театр.РУ

Рецензии на спектакли

«Последняя ошибка Моцарта» в МХТ им. А.П.Чехова

Сказать по правде, меня всегда удивлял тот факт, что МХТ им. Чехова, театр с составом в высшей степени звёздным, связанный с величайшими, священными для каждого почитателя искусства именами, подчас выдаёт на суд публики какие-то странные оказии. Вот, например, поставил Юрий Ерёмин на камерной сцене «Последнюю ошибку Моцарта, или Концерт обречённых» по какой-то пьеске Дмитрия Минченка. И вроде бы всё исторично, про двух почти безутешных вдов – Констанцу Моцарт и Терезу Сальери, но разит от этой пьески каким-то отчаянным мещанством, какой-то пошленькой постперестроечностью.
Постановка преподносится как «музыкальный детектив». Интрига там присутствует, но вот её развязка настолько глупа и посредственна, что становится невыносимо жаль бесцельно потраченный вечер. Суть в том, что в дом вдовы Моцарта (Евдокия Германова) приходит госпожа Сальери (Ольга Барнет), и предлагает ей провести следственный эксперимент: восстановить «по ролям» события той самой ночи, когда был убит великий композитор. Зачем? Чтобы доказать, что её муж, композитор Сальери, невиновен и смыть позор со своей семьи. И – начинается. Ольга Барнет, монументальная дама с почти что мужским басом, плавно передвигается по сцене, отдавая команды, а Евдокия Германова… просто кривляется. Потому что игрой это назвать ну никак нельзя – выходит, с натяжкой сказать, самодеятельность. Свои реплики она произносит с такими интонациями, которые обыватели приписывают секс-меньшинствам, а ужимками порой напоминает то ли обезьянку, то ли постоялицу психиатрической лечебницы. Ко всему прочему, Констанца постоянно хохмит на тему постели, темперамента своего мужа и размеров его полового органа, да и вообще своим поведением и внешним видом больше напоминает проститутку, нежели благообразную даму, да ещё и вдову такого гениального человека. Когда в целях следственного эксперимента Констанце приходится переодеться в одежды покойного мужа, Германова минут пятнадцать расхаживает по сцене, потрясая промежностью безразмерных штанов, что, согласитесь, не самое эстетическое зрелище.
Впрочем, действия отчего-то на сцене нет как такового (думаю, это объясняет тот факт, что режиссёра зовут Юрий Ерёмин). Есть пространные монологи, пространные диалоги ни о чём в исполнении двух дам в кризисе среднего возраста. Выясняется, что Моцарта убила его собственная жена – пришла домой, он на неё набросился, она толкнула, он упал, ну вы понимаете… А потом нехорошая женщина свалили всё на Сальери. Между делом в люстре обнаруживается тайник с неизвестным доселе концертом Моцарта – концертом обречённых. Каждый, кто играл партию из него, вскоре погибал. На сцене даже присутствует два миниоркестра – «квартет Моцарта» и «квартет Сальери», оба донельзя фальшивые. Исполняют они самые заезженные мелодии, которые знает каждый первоклассник музыкалки, а в качестве Концерта Обречённых задействована просто малоизвестная и редко исполняемая партитура Вольфганга Амадея. Так вот оказывается, что концерт этот предназначен для оркестра и голоса – голоса именно жены Сальери. И оказывается, что не Констанца убила Моцарта, а Тереза, давно в него влюблённая: пришла к нему в дом травиться, а композитор совершенно случайно выпил из её кубка. Одним словом, господа, это какой-то бред получается.
Каким образом эта пьеса вообще могла выйти на театральные подмостки, остаётся загадкой. Вроде бы тотального кризиса искусства сегодня не наблюдается. Но автор нашёл своего режиссёра, по-видимому. За час и двадцать минут, что идёт спектакль (заметьте, без антракта и на малой сцене, требующей особенной достоверности от исполнителей) настолько устаёшь от этого действа, что хочется сбежать. Или, по-гамлетовски, «умереть, уснуть», даже как-то стыдно и неловко становится за МХТ. Наверное, следовало бы назвать спектакль не пафосно «Последняя ошибка Моцарта или Концерт обречённых», а, скажем, «Пляски на костях» - это определило бы содержание куда точнее. За Моцарта как-то больше всего обидно.


Обсуждение

анонс