Эдуард Симонян

Кино-Театр.РУ

НАВИГАЦИЯ

Эдуард Симонян (Edward Simonyan) фотография

Симонян Эдуард Семенович

Edward Simonyan

30.12.1934 - 05.10.2000

биография

Родился 30 декабря 1934 года в Краснодаре.

Выпускник режиссерского факультета театрального училища им. Б.В.Щукина.

Работал в театре Котласа.
В 1964 году актер Краснодарского театра драмы.
Режиссер Комсомольского-на-Амуре театра драмы с 1972 по 1975 годы, затем регулярно приезжал на постановки по приглашению театра.
Главный режиссер Златоустовского драмтеатра.
В 1976-1988 годах - главный режиссер Архангельского театра драмы (также в марте-октябре 2000 года).
На архангельской сцене поставил около 40 спектаклей. Диапазон творческих интересов был разнообразен: эпические полотна, народные драмы, комедии «плаща и шпаги», музыкальные спектакли. Все его творчество отмечено прекрасным художественным вкусом, четкой образной сценографией, яркой и точной музыкальной партитурой.
В 1988 году был вынужден покинуть Архангельский театр драмы им. Ломоносова после "перестроечных перемен", которые захлестнули и театр, но вернулся сюда весной 2000 г. Пытался возродить традиции театра, вернуть коллективу былую славу, утраченную в трудные 90-е гг. В перерыве 11 лет работал постановщиком в театрах России (Иркутск, Мурманск, Северодвинск (1991-1992) и другие).

Журналист Б. Литвак писал: "После долгого периода застоя и безвременья в театре руководство области пригласило Эдуарда Семеновича вновь возглавить коллектив Архангельского театра драмы им. М.В. Ломоносова. К сожалению, ненадолго. Поставил в тяжелейших условиях, при закрытом к тому времени зрительном зале, ко Дню Победы "Мой бедный Марат" А. Арбузова, а затем пьесу Реньяра "Любовное безумие" - свой последний спектакль. До открытия сезона и премьеры "Любовного безумия" оставалось два дня. Он приехал в театр абсолютно больной, бледный, вошел в здание и уже не смог подняться к себе в кабинет, вызвал с вахты такси и поехал в больницу. Но было уже поздно - через несколько часов город облетела трагическая новость - Эдуарда Семеновича не стало. Через день артисты играли "Любовное безумие"- веселый, яркий, полный музыки и юмора спектакль, последнюю постановку своего главного режиссера. После финала весь зал встал, и несколько минут в память о нем звучали аплодисменты, так уж по традиции в русском театре повелось провожать в последний путь настоящих артистов".

Скончался 5 октября 2000 года. Похоронен в Архангельске на Кузнечевском кладбище. На могиле режиссера выбиты его слова, ставшие эпитафией - "Живя на земле, не забывай смотреть на небо".

театральные работы

Комсомольский-на-Амуре драмтеатр:

«Красавец мужчина» А. Островского
«Коварство и любовь» Ф. Шиллера
«Ужасные родители» Ж.П. Кокто
«Дамы и гусары» А. Фредро
«Бал воров» Ж. Ануя
«Учитель танцев» Лопе де Вега
«Остров нашей любви и надежды» Геннадия Соловского
«Мышьяк и кружева» Дж. Кессельринга

Архангельский театр драмы:

Трилогия Ф. Абрамова «Две зимы и три лета», «Пути-перепутья», «Дом» (последние две инсценировки сделал сам).
«Не стреляйте в белых лебедей» Б. Васильева (1976)
«Три мушкетера» А. Дюма (1976)
«Король Джон» У. Шекспира (1977)
«Между ливнями» А. Штейна (1977)
«Бременские музыканты» В. Ливанова, Ю. Энтина (1977)
«Трехгрошовая опера» Б. Брехта (1979)
«Экипажи адских широт» К. Кудиевского и Э. Симоняна
«Аки раненый лев» С. Коковкина
«Прощание с Матерой» В. Распутина
«Дама сердца прежде всего» П. Кальдерона (1983)
«Невеста из Имеретии» Б. Рацера, В. Константинова (1983)
«Дурочка» Лопе де Вега (1987)
«Равняется четырем Франциям» А. Мишарина
«Дети Арбата» по А. Рыбакову
«Зойкина квартира» М. Булгакова и С. Пожлакова (1992)
«Костер Аввакума» Шимановского (1992)
«Мой бедный Марат» А. Арбузова (2000)
«Любовное безумие» Реньяра (2000)

Северодвинский театр:

"Дамы и гусары";
"Морской волк";
"Коварство и любовь".

театр

источники информации

фотографии

публикации

  • Он был личностью масштаба Аввакума
  • Эдуард Семенович Симонян 13 лет руководил Архангельским театром драмы имени М.В. Ломоносова. Среди его спектаклей особое место занимают «Две зимы и три лета», «Пути-перепутья», «Дом» - по произведениям Федора Абрамова. Эдуард Семенович и его жена Галина Павловна Симонян стали друзьями Федора Александровича и его жены Людмилы Владимировны Крутиковой-Абрамовой. «Галочка, приезжай, у нас первая клубничка выросла, мы ее не срываем, ждем тебя», - письмо с такими словами пришло из Верколы в Архангельск.

    «На Север поехали потому, что там Абрамов»

    - Галина Павловна, можно ли сказать, что вы с Эдуардом Семеновичем стали северянами благодаря Абрамову?

    - Да. В свое время в журнале «Новый мир» опубликовали роман «Две зимы и три лета». Мы его прочитали не просто с большим интересом - жадно, вза­хлеб. Испытали потрясение. Эдуард Семенович работал в то время главным режиссером театра драмы Комсомольска-на-Амуре. Потом мужу предложили на выбор несколько театров, в том числе архангельский. Он мне сказал: «Самое главное, что на Севере Федор Абрамов...» И в 1976 году мы переехали в Архангельск.

    Первое, о чем Эдуард Семенович попросил секретаря обкома компартии по идеологии Юрия Николаевича Сапожникова, - познакомить его с Абрамовым. Сапожников и Симонян по­ехали летом в Верколу. Были там два или три дня. Эдуард Семенович вернулся восторженным от общения с Федором Александровичем, от Верколы.

    - И вскоре Симонян стал работать над спектаклем по Абрамову?

    - Нет. Надо было сначала хорошо зарекомендовать себя в театре, а потом попросить у Абрамова разрешения ставить «Две зимы и три лета». Поэтому первыми спектаклями стали «Не стреляйте в белых лебедей» Бориса Васильева, «Три мушкетера» Дюма и другие.

    - Федор Александрович видел эти спектакли?

    - Нет. Но слышал о них хорошие отзывы. Он несколько лет не приезжал в Архангельск, так как у него не сложились отношения с первым секретарем обкома КПСС Борисом Вениаминовичем Поповым. Поэтому и некоторые другие руководители смотрели на Абрамова соответственно.

    Только в начале 1978 года начались репетиции спектакля «Две зимы и три лета». Абрамов с опаской отнесся к намерению Симоняна сделать этот спектакль. Тут фамилия роль сыграла, хотя Эдуард Семенович по-армянски вовсе не говорил: мать его русская, отец наполовину грузин, наполовину армянин. И все же, пообщавшись с Эдуардом Семеновичем в Ленинграде (Симонян специально туда поехал), Федор Александрович дал «добро» на работу. Они обсудили симоняновские наброски инсценировки - и через некоторое время состоялась первая репетиция.

    По ходу работы Абрамов и Симонян перезванивались, уточняли детали, вопросы. В апреле Эдуард Семенович пригласил Федора Александровича и Людмилу Владимировну на общественный просмотр. Они приехали, мы их встретили, общались у нас дома. За весь вечер не было произнесено ни одного слова о спектакле: все очень волновались.

    Спектакль Федор Александрович смотрел с широко раскрытыми глазами. Работа Симоняна привела его в восторг. Он поздравил труппу с успехом. Вот фотография...

    - Как хорошо вся труппа смотрит на Абрамова - с каким уважением, теплотой, восхищением!..

    - Ну еще бы! Ему все по­нравились, а особенно Светлана Невоструева, которая играла абсолютное самопожертвовование - Лизу Пряслину. Абрамов называл Светлану Григорьевну лучшей Лизой.

    Надо заметить, что Абрамова сразило оформление спектакля, которое выполнил сам Симонян. Актеры играли на фоне шести столпов - русских баб, как Атланты, держащих небо. У меня в производственном объединении «Архоблшвейбыт» начальником отдела работала генеральская жена. Благодаря генералу Симонян получил страшный дефицит - легкий материал (что-то вроде пластика), из которого бутафоры сделали фигуры деревенских баб.

    «Тебе в Архангельске меня не простят»

    Потом была удачная премьера, затем у нас завязалась дружба с Федором Александровичем и Людмилой Владимировной. Мы постоянно перезванивались и переписывались, они останавливались у нас, когда ехали в Верколу.

    Федор Александрович сказал Эдуарду Семеновичу: «Тебе в Архангельске меня не простят». Так и произошло: почти все актеры, игравшие ведущие роли, получили звания, а Симонян - ничего.

    - Странная ситуация: Абрамов к тому времени уже лауреат Государственной премии, но на него смотрят в Архангельске косо.

    - Некоторые относились к Абрамову как ко второму Солженицыну. Вот где собака зарыта. Те 13 лет, что Симонян руководил театром, Попов на спектаклях не был. Сапожников же как мог поддерживал Эдуарда Семеновича...

    - Абрамов подчеркивал, что русская баба еще в 1941 году открыла второй фронт.

    - Да-да... «Дом» ставили в Ленинграде, в Малом драматическом театре, и в Архангельске. У Льва Додина спектакль получился, я думаю, политическим... У нас «Дом» был оптимистичным. Абрамову он понравился. Федор Александрович был в восторге от Валентины Яковлевны Ячменевой, которая играла Евдокию-великомученицу.

    «Две зимы и три лета» и «Дом» наш театр показал в Ленинграде. Прессу спектакли получили хорошую...

    В 1992 году Симонян по­ставил спектакль «Костер Аввакума» Шимановского и посвятил его Абрамову, личности аввакумовского масштаба, гордости Севера.

    Знаете, абрамовские вещи со временем воспринимаются острее, чем раньше. Я имею в виду темы духовности, совести. Как это важно!..

    - Вы были на похоронах Федора Александровича?

    - Я не могла съездить. Эдуард Семенович был в Верколе в те скорбные дни... Он рассказывал: пришел на могилу рано утром после похорон. Там уже находился Василий Иванович Белов, который говорил Абрамову: «Ты был единственным нашим защитником, на кого ты нас оставил?!.» Два мужика стояли на коленях и плакали...

    Сергей ДОМОРОЩЕНОВ

    23/09/2009, Правда Севера (Архангельск)

  • Костер Эдуарда Симоняна
  • В канун 2005 года, 30 декабря, Эдуарду Семеновичу Симоняну исполнилось бы 70 лет. Без малого тринадцать лет Эдуард Семенович в качестве главного режиссера возглавлял Архангельский театр драмы им. М.В. Ломоносова (кстати, это абсолютный рекорд продолжительности художественного руководства театральным коллективом за всю его историю).

    Мы познакомились весной 1976 года, когда Симонян принимал Архангельский театр драмы, который к этому времени уже долго находился в состоянии полудремы. Он не вошел в театр - он влетел в него, как ураган. И все закружилось, забурлило, и началась большая серьезная работа. Уже в середине октября Эдуард Семенович выпустил свой первый спектакль "Не стреляйте в белых лебедей" по повести Б. Васильева. Прошел месяц, и на сцену вышли д'Артаньян и три мушкетера в спектакле, полном музыки, ярких красок, иронии и легкой пластики. Март 1977 года - Симонян ставит "Короля Джона" Шекспира. Затем в ноябре - "Между ливнями" А. Штейна, спектакль с нетрадиционным образом Ленина в исполнении В. Каленчука, а к новому году - веселые, задиристые "Бременские музыканты" с песнями, клоунадой и морем радости в глазах детей, заполнявших зрительный зал.

    Потом возникла пауза на четыре месяца, но это не был простой, Симонян работал много и напряженно. К этому времени он познакомился с прозой Ф. Абрамова и увлекся со всей страстью эмоционального человека и художника. С начала 1978 года театр приступил к репетициям спектакля "Две зимы и три лета". А дальше - восстановление старого спектакля театра "Пелагея и Алька", "Дом", "Пути и перепутья" (все три - по романам Ф. Абрамова), "Экипажи адских широт" (пьеса К. Кудиевского и Э. Симоняна) о северных конвоях, "Аки раненый лев" С. Коковкина - пьеса о М. Ломоносове, "Прощание с Матерой" В. Распутина и в 1992 г. - "Костер Аввакума" Г. Шимановского.

    Человек яркий, всегда элегантный и очень эмоциональный, Э.С. Симонян привлекал к себе внимание и симпатии людей, с которыми сталкивала его судьба. Возникали приятельские, товарищеские отношения. Но характер у Симоняна был не ангельский, и как всякий темпераментный и нетерпеливый человек, он с трудом выдерживал расхождение во взглядах на ту или иную творческую или общественную проблему. Артистов Симонян любил, и они платили ему тем же, некоторые его обожали.

    В конце 80-х наступило сложное "перестроечное" время, наметился общий кризис сценического искусства. Из 360 провинциальных театров нормально существовало только около 20, остальные работали при полупустых залах. Подобное произошло и у нас. Небольшая часть труппы во главе с заслуженной артисткой РСФСР Т. Гончаровой (которую именно Симонян привел в театр вместе с мужем за несколько лет до этого), не довольная своим главным режиссером, поставила вопрос о соответствии его с занимаемой должностью. К сожалению, в оппозиции Симоняну оказался и народный артист СССР С.Н. Плотников, который много лет активно и интересно работал в его спектаклях. Сергей Николаевич, будучи председателем Архангельского отделения СТД и признанным пожизненным патриархом театра, всегда претендовал на незыблемость по вопросам руководства. Эдуард Семенович был вполне самодостаточен и абсолютно самостоятелен. Старика это раздражало и он, пользуясь своим положением и авторитетом в структурах власти, добавил изрядную порцию черной краски в создание общественного портрета своего главного режиссера. Это вдвойне обидно: казалось, судьба специально свела два мощных таланта, чтобы они сообща создавали нетленные сценические произведения. А получилось наоборот.

    Нужно сказать, что Симонян в это время продолжал ставить спектакль за спектаклем: яркая, насыщенная музыкой "Дурочка" Лопе де Вега, очень острый и противоречивый "Равняется четырем Франциям" и вопреки сопротивлению чиновников от партии "Дети Арбата" А. Рыбакова. Хотя уже был под прицелом - областная газета, выражая мнение официальных органов, семь раз за три месяца обрушивается на театр с резкой критикой. Спектакль "Равняется четырем Франциям" закрывают после двух показов, а за "Детей Арбата" обвиняют во всех мыслимых и немыслимых смертных грехах.

    К тому же в печати появился очерк журналиста А. Лыскова "Архангельский мужик" о первом северном свободном фермере, а вскоре и телефильм под этим же названием. "Строптивый" Симонян сразу загорелся сделать спектакль по данному материалу, заказал автору пьесу, не согласовывая ни с кем свои замыслы. А когда черновик пьесы был готов, пригласил общественность и устроил публичную читку, гнев нового первого секретаря обкома П.М. Телепнева не знал границ. Последовало приглашение в обком к "самому". Стало ясно - масса достигла критической отметки. Эдуард Семенович не стал дожидаться взрыва и покинул театр.

    Потом были Иркутск, Мурманск, другие российские города. Так прошло одиннадцать лет.

    И все-таки Симонян вернулся в Архангельск. После долгого периода застоя и безвременья в театре руководство области пригласило Эдуарда Семеновича вновь возглавить коллектив Архангельского театра драмы им. М.В. Ломоносова. К сожалению, ненадолго. Поставил в тяжелейших условиях, при закрытом к тому времени зрительном зале, к Дню Победы "Мой бедный Марат" А. Арбузова, а затем пьесу Реньяра "Любовное безумие" - свой последний спектакль.

    До открытия сезона и премьеры "Любовного безумия" оставалось два дня. Он приехал в театр абсолютно больной, бледный, вошел в здание и уже не смог подняться к себе в кабинет, вызвал с вахты такси и поехал в больницу. Но было уже поздно - через несколько часов город облетела трагическая новость - Эдуарда Семеновича не стало.

    Через день артисты играли "Любовное безумие"- веселый, яркий, полный музыки и юмора спектакль, последнюю постановку своего главного режиссера. После финала весь зал встал, и несколько минут в память о нем звучали аплодисменты, так уж по традиции в русском театре повелось провожать в последний путь настоящих артистов.

    На Вологодском кладбище, на красивом памятнике, венчающем могилу Э.С. Симоняна, выбиты его слова: "Живя на земле, не забывайте смотреть на небо". Сегодня они звучат как завещание мастера, и сейчас, когда я вспоминаю его, мне кажется, что там, вдали, ярко горит костер Эдуарда Семеновича, донося до нас свет жизни этого талантливейшего режиссера и очень хорошего человека.

    Борис Литвак

    Независимый взгляд
    22 декабря 2004 (№42)

дополнительная информация

Если Вы располагаете дополнительной информацией, то, пожалуйста, напишите письмо по этому адресу или оставьте сообщение для администрации сайта в гостевой книге.
Будем очень признательны за помощь.

Обсуждение