Мария Агранович: «Не люблю пробиваться сквозь стену непонимания»

Кино-Театр.РУ

интервью

Мария Агранович: «Не люблю пробиваться сквозь стену непонимания»

С 3 октября в прокате режиссерский дебют Марии Агранович «Люби их всех» - драма про молодую девушку, пробивающую себе дорогу телом, хитростью и талантами перевоплощаться, меняя образы. Первый показ фильма, в котором также снялись Сергей Гармаш и Александр Кузнецов, прошёл в июне на Кинотавре, а пару дней назад состоялась и зрительская премьера в Москве, где мы встретились и поговорили со сценаристом и режиссером картины.

Мария Агранович: «Не люблю пробиваться сквозь стену непонимания»
фото: PR-служба СТВ

В фильме «Люби их всех» главная героиня проворачивает прямо-таки невероятные махинации. Как эта схема у вас вообще в голове сложилась? Может быть, были какие-то предпосылки вроде событий из жизни знакомых или газетных заметок?

Нет, к сожалению, не было никаких реальных предпосылок. Я просто заперлась на две недели у себя на даче на балконе и придумала все это.

Почему «к сожалению»? Это же хорошо, что ни с вами, ни с вашими близкими ничего подобного никогда не происходило.

Ну, придумала бы, может, еще какие-нибудь подробности. Жизнь – она же всегда интересней, чем выдумка. Но в данном случае это абсолютно мое авторство.

А какие-то реальные прототипы у кого-то из персонажей были?

Что-то в тексте, в диалогах главной героини я взяла у своего знакомого – одного музыкального продюсера. Он странно иногда разговаривает, но очень эффектно. Ему свойственна достаточная лаконичность формулировок. Я когда писала диалоги, думала: героиня может отвечать односложно, всегда точно формулировать, через паузы какие-то. Вот в такие моменты я представляла себе конкретного человека.

Плюс в фильме в Диме, персонаже Александра Кузнецова, остались интонации моих отца и брата. Я очень их люблю, мое детство прошло с ними. Это такая привычная уху достаточно индивидуальная по подаче речь. Я искала актера, мне никто не нравился. Притом, что все были прекрасными. Просто не те интонации, не на то слово ударение… А Саша попал, я услышала именно то, что давно хотела.

У героя Кузнецова на шее набиты иероглифы. В фильме говорят, что они имеют отношение к доставке лапши, но подробностей не раскрывают. Расскажите историю этой татуировки.

Да-да, мы Сашей понимали, что нужно задать какой-то бэкграунд персонажу, кучу всего придумали. Естественно, в фильме половина не читается. Да какая половина, семьдесят процентов… Придумали татуировку, которая сделана давно и явно по пьяни. Набил он в дурацком месте татуировку с номером любимой доставки лапши, номер же забываешь постоянно. Иероглифы – это название ресторана.

Давайте переключимся на главную героиню фильма – Сашу. Как и почему на эту роль выбрали Алену Михайлову? Ведь это ее дебют в полном метре.

У меня вообще была задача найти неизвестную актрису, чтобы она воспринималась не как исполнительница каких-то ролей, а как персонаж, которого люди не узнают, просто какой-то человек. Я искала актрису долго. Уже даже была утверждена другая, мы с ней долго делали пробы, потом перенесли съемки… И весь ансамбль поменялся, поэтому мы продолжили поиски. Моя кастинг-директор совершенно случайно нашла Алену, и мы поняли, что это она. Месяц ее пробовали, мучали, но она сумела поймать все нужные мне нюансы персонажа.

Мария Агранович: «Не люблю пробиваться сквозь стену непонимания»
фото: PR-служба СТВ

Вам актерское сопротивление в работе сильно мешает? Или, мало ли, может, наоборот помогает. Вдруг с ним интереснее работать, например.

Мне не интересно актерское сопротивление. Потому что чаще всего оно возникает именно ради сопротивления. Я понимаю, им надо откуда-то брать энергию, и вот это все происходит. Мне интереснее работать в атмосфере любви и дружбы. При этом я дико люблю, когда актеры мне что-то предлагают по персонажу, когда мы сидим, что-то придумываем. Особенно если это происходит до съемок. Я в полном восторге все это слушаю, а затем чаще всего использую. А на съемках актер, конечно, пускай предлагает, но в общем мне нужно, чтобы он делал то, что я прошу. Не люблю пробиваться сквозь стену непонимания. Как и большинство людей, я не исключение. (Смеется.)

Как вы сама оцениваете героиню Алены? Для зрителей она может оказаться какой угодно, но кто она лично для вас?

Классная, умная, талантливая и сильная женщина, которая в силу обстоятельств нашла себе такое применение, к сожалению. С другой стороны, может, и к счастью. Я ее ни в чем не обвиняю, скорее завидую определенным ее качествам – например, самоконтролю. Ну и, конечно, она – ребенок, которого никто никогда не любил. Не то чтобы мне ее жаль, но я ей, пожалуй, сострадаю.

Главная героиня в одной из сцен говорит, что сказок не читала, но зато смотрела фильм «Красотка». Но ведь эта картина, кажется, о другом, не о тех ценностях, на которых строится жизнь Саши.

Конечно, это кино о другом, она просто вспомнила что-то максимально приближенное к сказке. Я сама фильм «Красотка» называю сказкой, это же «Золушка». Это миф, красивое кино о любви.

Во время одной из встреч Саши и Димы героиня Михайловой брызгает в лицо молодому человеку перцовым баллончиком. Потом оба персонажа демонстрируют реакцию, которая показывает: для них это – часть флирта.

Да, так и есть.

Мне в подобном флирте видится что-то нездоровое.

Саша дает человеку то, что ему нужно. В мире существует миллион систем взаимоотношений, многие из них не очень здоровые. Дима – адреналинщик, ему нужны испытания, яркие эмоции, ему нужна война. Саша дает ему драйв.

Самая крупная звезда в вашем фильме – Сергей Гармаш. Расскажите о том, как он попал в этот проект и как с ним работалось.

Как попал: я сделала в Photoshop листинг, где был дрим-каст. Там, по-моему, была Кирстен Данст, кто-то типа Джонни Деппа

Минуточку, какую роль вы планировали отдать Данст?

Главную!

Мария Агранович: «Не люблю пробиваться сквозь стену непонимания»
фото: PR-служба СТВ

Данст прекрасна, но для этой роли у нее возраст не вполне подходящий.

Но это же дрим-каст! Я нашла фотку, где она помоложе, еще до «Человека-паука». (Смеется.) В общем, в этом же списке был и Сергей Гармаш. Потом этот список увидела кастинг-директор и говорит: «Давай Гармашу отправим?» Я отвечаю: «Да ну, прекращай, у нас денег нет вообще, о чем ты говоришь». Тем не менее, она отправила ему сценарий. И он ответил! Сказал, что прочел сценарий, ему понравилось, он готов в этом сниматься. Работалось с ним чудесно! Это как раз актер, с которым все до съемок обсудил или максимум утром перед сменой какое-то слово в диалоге подправил, и дальше просто чистое наслаждение. Он слушал каждое мое слово – иногда дурацкое. Интеллигентнейший человек, все было здорово.

Расскажите об актере, сыгравшем сына Гармаша. Он, как и Михайлова, тоже не из примелькавшихся.

С Сашей Троновым у меня целая история. Я пришла на танцевальный проект когда-то… Саша – вообще-то один из первых хореографов и танцоров страны, он уже в этом проекте участвовал. Я снимала первые пробы, в них как раз участвовали Саша Тронов и Саша Киселева. Я влюбилась в этих ребят и вместе, и по отдельности. Поняла, что их надо снимать. Тот проект не состоялся, в итоге оба потом снялись в фильме «Люби их всех». Саша с Сашей со мною до сих пор, сейчас я планирую снимать короткометражку, где в главной роли будет как раз Тронов.

Для меня персонаж Тронова оказался отражением главной героини Саши: оба обижены на родителей, от которых недополучили что-то важное, у обоих в результате сформировалось предельно потребительское отношение к окружающем миру.

Ну да, это такая обида, которой себя достаточно легко оправдываешь. А может, и не оправдываешь. Понимаешь, что это плохо, но надо же как-то жить дальше. Все мы хотим жить счастливо. Эти двое выбрали такой способ – и у них получилось! Не то чтобы эта ситуация мне знакома, у меня идеальная семья, родители, любовь и дружба. Но я постоянно наблюдаю это вокруг: родители и дети очень плохо знакомы. Дело даже не в отсутствии любви, для какого-то ребенка так поступить с папой – не то, чтобы даже очень плохо. Просто ребенок, возможно, не оценивает этого человека как папу, как родственника, как кого-то, кого любишь. Мы же не знаем, что герой Гармаша сделал ранее. Может, он, будучи очень успешным бизнесменом, выставил маму без паспорта на улицу, и охрана ее больше никогда не подпустила к ребенку. А сыночка себе оставил вроде как воспитывать, но тот рос с какими-то чужими тетями – с нянями. И видел папу шесть раз в жизни, пока не стал на него работать.

То есть это в каком-то смысле фильм о том, как встретились два одиночества?

Да, кино про двух обиженных детей.

Или не два одиночества, а два монстра.

Или два монстра. Или два человека, которые, возможно, будут счастливы, вырвутся из всего этого. Да, я сама свою героиню монстром называла не раз, и к парню это тоже можно отнести. Просто «монстр» - для меня не совсем ругательное слово.

Для вас было принципиально важно снять дебютный полный метр по собственному сценарию – или просто так вышло?

Нет, для меня это было не так принципиально. Я очень ленивый человек в смысле написания больших историй. Одно дело придумать, а другое дело сесть и все написать. Мне даже начать сложно. Поэтому все время пытаюсь найти авторов. В буквальном смысле мечтаю найти сценарий, но у меня пока не получилось – в силу общего сценарного уровня. А там, где классный уровень, я, наверно, еще не тот режиссер, к которому сценаристы побегут отдавать свои проекты.

Мария Агранович: «Не люблю пробиваться сквозь стену непонимания»
фото: PR-служба СТВ

Расскажите о том, как вы подбирали саундтрек к фильму.

Я раскрою секрет: Вадим Маевский - мой друг детства. И я с детства люблю музыку, которую он делает. Мои музыкальные вкусы отчасти сформированы им. Когда он создал группу Race to Space, которая начала давать живые концерты, я была очень рада, стала думать: что бы такое снять, чтобы был саундтрек этого коллектива? Поэтому, когда мы начали готовиться к этому фильму, у меня не было ни сомнений, ни вариантов, я сразу понимала: конечно же Вадик. Мы с ним много обсуждали саундтрек, решили сделать его песенным. И везде женский вокал, что для нашего кино редкость.

При этом абсолютно все песни англоязычные. Это осознанный выбор?

Я не очень люблю русскоязычную музыку в нашем кино, потому что зритель сразу же воспринимает слова как часть смысла, даже если ты не хочешь этой песней специально что-то сказать. Текст песни воспринимается как объяснение того, что на экране происходит. Когда русскоязычный человек, как бы хорошо он ни знал английский, слушает песню на английском, восприятие другое. Сейчас, кстати, мы с Вадиком будем делать еще один саундтрек, и в него войдет русскоязычная песня Race to Space. Но она будет использована отчасти как объяснение ситуации.

Речь о вашем короткометражном фильме, который вы ранее уже упоминали?

Да. Это очень интересная история. Я, правда, пока не могу рассказать все. Сбербанк запускает свою платформу, открывается она таким проектом: три режиссера снимают три короткометражки в разных жанрах. Мне досталась фантастика. Мы с другом написали сценарий. Я первый раз с этим сталкиваюсь, но процесс очень увлек. Мне интересно пробовать что-то новое, играть в открытом мире без правил, где может произойти почти все что угодно.

Фантастика вообще насколько ваш жанр?

Пока не знаю, сейчас проверим.

Ну, а если с точки зрения читательницы или зрительницы?

Да, обожаю фантастику. Меня со временем все больше начинает увлекать фантастика, и все меньше реалистичное кино. Я в нем не узнаю реальность. А фантастика чем дальше, тем точнее.

Ну, тогда хотелось бы, чтобы вы перечислили каких-то фаворитов.

Моя любимая фантастическая книжка – это «Голова профессора Доуэля». Я читала ее два раза в жизни, что для фантастики хороший показатель. (Смеется.) Мне она безумно нравится. Мой любимый фантастический фильм – с этим сложнее. Фантастика же очень разная. Есть, например, антиутопии типа «Голодных игр», обожаю их. «Бездну» люблю, хотя это совсем другой жанр. Есть какие-то стимпанковские и комиксовые развлечения, которые я тоже люблю.

«Люби их всех» в прокате с 3 октября.


Сергей Оболонков

Ссылки по теме

фотографии

Обсуждение

анонс