Том Йорк: «На премьере в Венеции у меня случилась паническая атака»

Кино-Театр.РУ

интервью

Том Йорк: «На премьере в Венеции у меня случилась паническая атака»

29 декабря выходит в прокат «Суспирия» Луки Гуаданьино - очень вольный ремейк одноименного хоррора Дарио Ардженто. В новом прочтении сюжета о молодой американке (Дакота Джонсон), которая приехала в Германию учиться танцами, фигурируют Берлин 1977 года, дух Холокоста, постоянная соратница режиссера Тильда Суинтон сразу в нескольких ролях, а также саундтрек Тома Йорка. Для лица группы Radiohead это стало дебютом в роли кинокомпозитора, поэтому мы не преминули обсудить с ним процесс написания саундтрека, работу с Лукой Гуаданьино, кумиров из 1970-х, а также отношение к ленте Дарио Ардженто и кино вообще. Композитор признался, что Кубрик вынес ему мозг.

Том Йорк: «На премьере в Венеции у меня случилась паническая атака»
фото: Том Йорк | © Matt Cardy / Getty Images

Вы помните вашу первую встречу с Лукой Гуаданьино?

У меня был большой сольный концерт в Турине. И они вместе с продюсером Уолтером Фазано просто зашли в гримерку. Обычно на такие предложения я отвечаю что-то в стиле «Я не участвую ни в чем подобном», но Лука перед этим написал мне такое трогательное письмо, что я просто растаял. Он был так убедителен, рассказывая эту историю, проводил параллели между тем, что делаю я и саундтреком к оригинальному фильму от группы Goblin, а потом пообещал мне полную свободу. Он сказал, что этот фильм пугающий, но в то же время очень грустный и пропитан меланхолией. В общем, он меня просто купил, и я сдался. Ну и, конечно же, сценарий - он впился в мой мозг, и я никак не мог выкинуть эту историю из головы.

Были ли вы знакомы с его творчеством до встречи?

Мне кажется, что его фильм «Я – это любовь» нравится всем, и я не исключение.

Вы раньше не работали над саундтреками, испытывали ли вы волнение поначалу?

Конечно, меня как будто посадили за руль громадного грузовика, а я при этом раньше никогда не водил грузовик. Мне повезло, потому что я несколько лет стоял над душой у Джонни Гринвуда, когда он работал над фильмами Пола Томаса Андерсона, и более-менее знал из чего состоит процесс. Но, скажу честно, я не знал, на что подписываюсь. Я просто вошел в темноту! (смеется)

Сколько времени прошло между первой встречей и тем моментом, когда вы дали окончательное согласие?

Несколько месяцев. Мы встретились в кафе в Лондоне, он рассказывал о том, как планирует монтировать центральный танец фильма, и это был один из тех моментов, когда тебе что-то рассказывают, а у тебя в голове уже сложилась вся картина. Когда мы смогли посмотреть фильм целиком на фестивале в Венеции, я понял, что у нас всё получилось именно так, как мы обсуждали в том маленьком лондонском кафе. Мелодия плыла и заполняла собой всё пространство кинозала, это было восхитительно. Услышать это кино вместе с огромным количеством людей в зале – это восторг!

Были ли у вас какие-то «большие идеи» до начала съемок или всё родилось в процессе?

Лука пригласил меня в этот безумный старый отель в Италии, заброшенный и действительно жуткий. Мы гуляли вместе с ним и художником-постановщиком, они погружали меня в эстетику фильма - и эта тяжелая музыка рождалась сама по себе. Основная тема фильма – трек Suspirium, я очень долго не мог к ней подобраться, а потом неожиданно начали, как из рога изобилия, сыпаться драгоценные идеи, обрывки музыкальных фраз. Собрать их вместе - вот это было настоящее мучение.

Вдохновлял ли вас сам съёмочный процесс?

Ещё бы! Площадка – это как поле боя, а в центре стоит атлант Лука, который раздает приказы своим бойцам одновременно на четырех языках. Это удивительное чувство – быть маленьким винтиком в этом громадном механизме. Наблюдать за людьми, которые совместно творят кино, и чувствовать себя частью процесса – это ни с чем не сравнится.

Какое впечатление у вас оставила работа режиссера?

Я правда не понимаю, как это возможно: делать так, чтобы всё работало, и при этом ещё заниматься творчеством. У Стэнли Кубрика есть отличное высказывание на эту тему: «Снимите свой первый фильм, смонтируйте его, спродюсируйте, вообще сделайте всё сами - и тогда вы научитесь всему, что необходимо, чтобы убедить людей на съемочной площадке, что все идет по плану». Как можно заниматься режиссурой в таком хаосе, я не понимаю. Окажись я на его месте – я бы вышел в окно.
Вам раньше предлагали писать музыку к фильмам?

У нас с Эдом Нортоном есть отличная шутка на этот счёт. Мне предлагали написать музыку для «Бойцовского Клуба», но я в тот момент был в таком подавленном состоянии, что не решился. Я просто прочел сценарий и сказал: «Это не смешно!». И их это порвало. Эдвард напоминает мне об это каждый раз и при любой встрече первым делом говорит: «Это не смешно!». Сейчас я думаю, что всё равно не сделал бы так же круто, как смогли они. Та что - всё по делу!

Вы видели оригинальную «Суспирию» Дарио Ардженто?

Я смотрел её несколько раз. Правда, странно, что музыку из него, от группы Goblin, я услышал намного раньше.

Похож ли новый фильм на оригинал?

Это две абсолютно разные работы. Общее в них только то, что и там и там сюжет строится вокруг группы танцоров, которые превратились в ведьм.

Том Йорк: «На премьере в Венеции у меня случилась паническая атака»
фото: noisey.vice

Лука Гуаданьино и Тильда Суинтон работают вместе из фильма в фильм. Что вы думаете о таких творческих тандемах?

Это очень здорово. Вы вместе разрабатывает свой особый язык, и через какое-то время начинаете понимать друг друга с полуслова, это похоже на работу в группе.

Что сейчас происходит с Radiohead?

Каждый из нас занимается своим сольным проектом, но когда мы закончим эти дела, то обязательно соберемся вместе и начнем работать над новым материалом.

Какие фильмы оказали на вас наибольшее влияние?

Их бессчетное количество. В этом списке точно будет «2001: Космическая Одиссея», я её впервые посмотрел в 14 лет на черно-белом телевизоре - и она вынесла мне мозг. Ещё «В компании волков» Нила Джордана по книге Анджелы Картер. Это фильм по ощущениям очень похож на «Суспирию», в том смысле, что страх и юмор идут рука об руку, а мне такое очень нравится.

Кино играет важную роль в вашей жизни?

Да, и с каждым годом всё больше. Мы часто всей семьей собираемся по вечерам у телевизора. У нас разные вкусы, но иногда удается найти какие-то общие точки. Мой сын – безумный фанат Кристофера Нолана. Кажется он знает о его фильмах всё.

Все действие «Суспирии» происходит в 1977 году, для вас важно было «попасть в эпоху»?

Да, это было важной отправной точкой. Не в том смысле, что я хотел отдать дань Дэвиду Боуи, или легендам панк-рока, но мне было важно поймать дух времени. Тем более, что мы долго собирали разные музыкальные инструменты, и некоторые как раз из 70-х, и я мог сделать вот это «кассетное эхо». Это было здорово.

Том Йорк: «На премьере в Венеции у меня случилась паническая атака»
фото: Soyuz.ru

Кто ваши любимые музыканты из 70-х?

На данный момент один из моих любимых исполнителей – это Джеймс Холден. Он просто великолепный стилизатор и мелодист. Я много слушал Пьера Анри и Карлхайнца Штокхаузена, всякого краут-рока, но проблема в том, что, когда ты работаешь, то волей-неволей начинаешь копировать, поэтому важно вовремя сказать себе: «Стоп!» и отложить всё в сторону.

Как устроен ваш творческий процесс? Вы закрываетесь в студии на несколько месяцев?

Я работаю с ночными кошмарами. Главная идея, ядро композиции приходит ко мне очень быстро, но потом мне нужны целые недели, чтобы обтесать их и убрать все лишнее. Часто бывает так, что ты собрал трек, слушаешь, и кажется, что всё хорошо, но потом обязательно находятся 5-6 фальшивых звуков, ты их убираешь, и в итоге вся композиция рушится - и тебе приходится всё собирать по новой. Такая, своего рода, медитация.

Работали ли вы над чем-то параллельно?

Мы немного гастролировали с Radiohead, было несколько сольных концертов – это отлично переключало, но, что касается работы в студии, – я был сконцентрирован только на «Суспирии».

Какое чувство к вам приходит, когда вы понимаете, что песня готова?

Всё по-разному. С песнями немного легче: ты полностью несешь за неё ответственность. С саундтреком работают какие-то другие эмоции, ты – просто маленькая часть чего-то очень большого, что не зависит от твоей воли, и это очень страшно. На премьере в Венеции у меня случилась паническая атака.

Но вы же выступали на сцене Гластонбери перед 60 000 человек…

Это другое. На сцене у меня есть какой-никакой опыт, это моя стихия, а для кино я пока ещё чужой человек.

Мы говорили о том, как Джонни Гринвуд создавал саундтреки для Пола Томаса Андерсона. Какой была его реакция, когда вы сказали ему, что будете работать над саундтреком для Гуаданьино?

Джонни был рад за меня и очень поддерживал, но зная мой характер - посмеивался. У него огромный опыт в этом деле, и он может быть очень методичным, когда этого захочет, в отличие от меня.

Планируете ли вы в ближайшее время поработать над ещё одним саундтреком?

Возможно, но перед этим я хорошенько высплюсь! (смеется)


«Суспирия» в прокате с 29 ноября.


Жан Просянов

Ссылки по теме

Обсуждение

анонс