Место встречи изменить нельзя (1979)

Кино-Театр.РУ

НАВИГАЦИЯ

Место встречи изменить нельзя кадры из фильма

Место встречи изменить нельзя

1979

Смотреть Место встречи изменить нельзя (1979) онлайнСмотреть онлайн

Рейтинг:
  9.851 / 403 голоса

   

Регистрация

В голосовании могут принимать участие только зарегистрированные посетители сайта.

Если вы уже зарегистрированы - Войдите.

Вы хотите зарегистрироваться?

Да Нет

информация о фильме

Леонид Бурлака
СССР
Одесская киностудия
11 ноября 1979 (Центральное телевидение, СССР)
5
детектив, криминальный фильм, экранизация

Лето 1945 года. Отгремел салют Великой Победы и страна постепенно возвращается к мирной жизни. Из "огня да в полымя" попадает молоденький командир разведроты Володя Шарапов, придя по распределению в МУР, в отдел по борьбе с бандитизмом. В городе лютует банда "Чёрная кошка", наводя ужас на москвичей. В схватку с бандитами вступает капитан Глеб Жеглов, для которого Шарапов вскоре становится правой рукой...
Капитан Жеглов в этой картине, снятой по роману братьев Вайнеров "Эра милосердия" режиссёром Станиславом Говорухиным, это одна из самых ярких ролей Владимира Высоцкого. Созданный образ беспощадного борца с бандитами, настоящего героя послевоенного времени, бесподобен по своему реализму и эмоциональной насыщенности.

Специальный диплом и Приз жюри ВКФ - Владимир Высоцкий (1981);
Государственная премия СССР - За создание образа Жеглова - Владимир Высоцкий (посмертно) (1987).

последнее обновление информации: 03.08.18

критика

Жеглов и Шарапов

Сразу после премьеры в отношении противоречивой фигуры капитана Жеглова у рецензентов сложилось редкое единодушие. И это не был однозначный плюс. Все признавали за образом яркую индивидуальность и необыкновенную харизму, идущую прямо от актёра Высоцкого, но в личности Глеба Жеглова рецензенты видели, прежде всего, отражение характера послевоенного времени, непростого и тяжёлого. Неистовость Жеглова слишком бросалась в глаза, её невозможно было игнорировать, пропустить, списать на непростой характер, ибо вела к служебным перегибам и напоминала старшему поколению о тяжёлой длани карательных органов в сталинские годы. И всё же, на взгляд кинокритиков, это свойство Глеба Жеглова оправдывалась тем, что персонаж не укладывался в простые схемы. Он был живой, настоящий, в него зритель верил как в подлинного героя, сложенного не из литературных формул, а из нервов, рвущихся жил, хриплого голоса, из дерзости (иногда в лицо начальству), из смекалки и жизненного опыта. Благодаря этим качествам Жеглов Высоцкого смотрелся на голову выше своих коллег, человеком почти выдающимся, и при этом он удивительно вписывался в эпоху, был тем самым «винтиком» машины правосудия. Невозможно изъять из образа Жеглова, каким его сыграл Высоцкий, хотя бы одну из черт. Глеб Жеглов и опасен и притягателен своим напором, сметающим всё наносное и мелкое. Фраза «вор должен сидеть в тюрьме!» в устах актёра стала коронной – едва ли не народным лозунгом, который можно написать на кумачовом транспаранте ко Дню милиции. Но вот её продолжение – «…и не важно, каким способом я его туда упрячу» – приемлемо не для всех.

Таков капитан Жеглов, начальник отдела борьбы с бандитизмом Московского уголовного розыска образца 1945 года. Трудно представить милицейского сыщика более органичного своему времени, несмотря на то, что Жеглов родился не на страницах послевоенной прозы, а десятилетия спустя в романе «Эра милосердия». По идее, столь яркий сыщик должен казаться белой вороной – работники угрозыска являлись на сталинский экран в наглухо застёгнутом кителе. Он же словно из гангстерского нуар-фильма – щеголяет в кожаном плаще, широкополой шляпе, носит пиджак в полоску да гражданские брюки заправляет в хромовые сапоги. А его мимоходом оброненную фразу о парадном мундире: «Это у меня вроде домашней пижамы, никогда не носил, да, наверное, и не придётся», - можно принять за фрондёрство. Слишком неформален Глеб Егорыч Жеглов, не для трибуны он, весь в чёрной работе – чистит Москву от банд грабителей и убийц, и красоваться с золотыми погонами ему недосуг.

Фокус в том, что образ Жеглова наполовину соткан из ретроспективного взгляда эры семидесятых на послевоенное время. Советскому кинематографу так называемой эпохи «застоя» вдруг открылась другая сторона вещей: оказалось, что сталинская эпоха (как любая другая) имеет свой «бэкграунд», не только одноцветно окрашенный – романтический, трагический или комический, но и чисто бытовой, что герои это люди, которые тоже живут – в скромных квартирах и коммуналках, преодолевая ежедневные трудности.
Никакой лакировки в образе Жеглова мы не видим, хотя рисовка, позёрство, своеобразный артистизм очень свойственны ему. В этом он близок английскому сыщику Шерлоку Холмсу, предпочитавшему из поимки преступника разыграть представление. Капитан Жеглов тоже не прочь сыграть на нервах антисоциального элемента, «нравственно раздавить» (как выразился критик В. Михалкович) – пусть знают, каковы принципы Глеба Жеглова. Поэтому не одной только оперативной смекалкой объясним спектакль, устроенный Жегловым в кабинете администратора Большого театра. Здесь, бери выше, социальная педагогика!
Жеглов – человек убеждённый, в своей повседневной и нередко опасной работе он видит свою общественную миссию. Кажется, что он человек команды – так слаженно у него работает опергруппа, но по своему характеру – он типичный волк-одиночка. Из всех сотрудников угрозыска, кого нам показывают в фильме, он самый «заряженный» на дело человек. Самый целеустремлённый и эмоционально вовлечённый. Иногда кажется, что Жеглов упивается единоборством с бандитами. Он, так сказать, ведёт личный счёт с преступным миром – вот вам ещё одна параллель с Шерлоком Холмсом.
Неудивительно, что такой неординарной личности судьба преподнесла своего «доктора Ватсона», не уступающего своему шефу ни в эмоциональном заряде, ни в личной мотивации, хотя и совершенно иначе. Не знаю, сознательно ли братья Вайнеры пришли к такому решению – повторить формулу Конан Дойла, создать дуэт сыщиков, избрав на роль друга сыщика демобилизовавшегося офицера.
В отличие от Жеглова образ лейтенанта Шарапова у рецензентов спровоцировал полемику.

Спор о Шарапове вышел за рамки обсуждения одного персонажа и тем более актёра-исполнителя. Образ лейтенанта Шарапова в исполнении Владимира Конкина оказался для фильма чем-то вроде краеугольного камня или, если хотите, камнем преткновения.
Можно спорить, хорошо ли сыграл Конкин, хватило ли ему мастерства, особенно в сценах в воровской малине – на эту тему до сих пор ломают копья зрители. На мой взгляд, сыграл хорошо. Недовольные критики, ставя актёру «неуд», смешивают два разных понятия, две разные игры, два разных представления, когда утверждают, что Конкин сыграл неубедительно, что с таким спектаклем он неминуемо провалился бы перед матёрыми рецидивистами. Но ведь артист Владимир Конкин на самом деле играл не для них, а для нас, выполняя поставленную режиссёром задачу – выявить всю шаткость внутренней позиции своего героя. Задача была – транслировать нам игру Шарапова на грани фола: героя пронзает мысль, что он на волосок от смерти, а операция в шаге от провала – и жизнь заставляет импровизировать, играть неподготовленную роль. Именно в такие мгновения включаются самые неожиданные резервы личности.

Мы знаем о Шарапове всю правду, бандиты же об этом «фраере ушастом» только гадают. В отличие от Жеглова, человека-загадки, Шарапов нам предельно ясен с первой секунды фильма. Он, так сказать, прозрачен для нас. Как поведенческая модель – в том, каков на самом деле его характер, его отношение к миру, каков его потенциал. И это обстоятельство одновременно и заложено сюжетом и оправданно выбором на эту роль актёра Конкина, сыгравшего перед этим одну из самых знаковых в советской драматургии роль Павки Корчагина. Шарапов прямолинеен, иногда плакатен, но это в силу того, что характер его был сформирован внезапно, настигнут и прокален войной, на которую он отправился почти со школьной скамьи. Очень возможно, что на вопрос о любимом литературном произведении Володя Шарапов честно ответит: «Как закалялась сталь» Н. Островского. Поэтому, когда Жеглов говорит ему, опасаясь отправлять на задание: «Володя, да у тебя на лбу написано десять классов», - это не фигура речи.
Сколько раз бывало так, что люди, прошедшие фронт, проявившие на войне и беспримерную отвагу и необычайную смекалку, в мирной жизни оказывались не удел. Выказывали свою неприспособленность к гражданскому житию-бытию, поступали наивно и нелепо. Жизнь после войны – тоже испытание. Но Володя Шарапов снова как на фронте, мобилизован на войну с преступностью. Растеряться в мирной жизни он не успел. «Глаза горят» - это про него, ему тоже свойственен азарт борьбы. Выжив и победив, вернувшись из человеческой мясорубки молодым и здоровым, готовым к строительству новой жизни, лейтенант Шарапов олицетворяет поколение победителей. В его лицо будто заглядывает светлая сторона бытия – надежда поколения, в то время как лик Жеглова омрачён близким знакомством с тёмными сторонами человеческой натуры. Вместе оба героя как две стороны одной медали.

Когда критик В. Ревич пишет, что Шарапов, каким его сыграл Конкин, вневременной, одинаково подходящий и для 50-х и для 70-х годов, это, как ни странно, может свидетельствовать в пользу обвиняемого. Понятно, что критик желал заклеймить сыгранного Конкиным героя, обвинив образ в ходульности и схематизме. Явный намёк на растиражированный в советской литературе и кино тип «пламенного комсомольца». Но здесь, мне кажется, другое. Принципиальность Шарапова, может быть, и наивная, но искренняя. Его социальный оптимизм бьётся в унисон с его молодостью и историческим моментом в жизни страны. И то и другое, как показывает время, преходящее, но это не значит, что не настоящее.
Писатели братья Вайнеры и режиссёр Говорухин заложили в образе Шарапова своеобразную Ариаднову нить идеализма, протянув её из победного 1945-го в конец 1970-х. В позднем брежневском СССР ощущался дефицит не только на предметы модного гардероба, но и на подобного типа героя. Этим в огромной мере объясняется внутреннее сродство зрителей фильма, а изначально – читателей повести, с Володей Шараповым. Герой в исполнении Владимира Конкина – с его идеализмом и сомнениями, с искренними порывами и разочарованиями – казался человеком на своём месте. И одновременно прочитывался как «свой», как «прозрачно-понятный» герой, импонирующий своей не всегда уместной прямотой, похожий на очень и очень многих, и отнюдь не уникальный.

Александр Седов

кадры из фильма

дополнительная информация

Если Вы располагаете дополнительной информацией, то, пожалуйста, напишите письмо по этому адресу или оставьте сообщение для администрации сайта в гостевой книге.
Будем очень признательны за помощь.

Обсуждение

пресс-центр