«Большая игра»: Послание к вайнштейнам

Кино-Театр.РУ

Рецензии на фильмы

«Большая игра»: Послание к вайнштейнам

Режиссерский дебют сценариста Аарона Соркина и бенефис Джессики Честейн

«Большая игра»: Послание к вайнштейнам

Дочь клинического психолога (Кевин Костнер) и инструкторши по горным лыжам и сноуборду, а также полная тезка героини «Улисса» Молли Блум (Джессика Честейн) могла бы много добиться в слаломе, но маленькая еловая веточка на трассе привела к серьезной травме спины на соревнованиях в 90-е. Имя Молли Блум, впрочем, стало довольно-таки известным после громкого скандала в начале 2010-х: она прославилась как «принцесса покера» и хозяйка места, где знаменитости и богатеи расставались с крупными суммами за карточным столом (раз в неделю, допустим, вечером в среду, после обеда). До поры до времени все было сравнительно легально, потом Молли начала брать процент с игры (что юридически превратило всю процедуру в незаконную), а также связалась с мафией. «Большая игра» застает её за очередным судебным разбирательством, которое она доверяет честнейшему адвокату Чарли Джеффри (Идрис Эльба), чья дочь восторгается Блум. Тот читает книгу Molly’s game, на которой основан фильм, и соглашается помочь «женщине в беде» (не столько избежать тюрьмы, сколько разобраться в себе).

Известный сексистский троп тут, впрочем, не задействован: прославленного и острого на диалог сценариста Аарона Соркина в «Большой игре» привлекли совсем не взлеты и падения и даже не громкие имена (например, у Блум играли Макколей Калкин и Леонардо Ди Каприо, а также преступный авторитет по кличке «Тайванчик»). Эти некрасивые подробности он ловко игнорирует, заставляя отдуваться, в частности, за весь Голливуд одного Майкла Серу в роли человека-звезды. На самом деле режиссерский дебют Соркина – история женщины в убер-богатом патриархальном мире, где ей приходится регулярно переигрывать мужчин на «их» поле – в спорте, в политологии, в покере, в криминальных историях. Джессику Честейн, меняющую эффектные платья, чаще всего, с декольте, окружают сплошь богатые мужчины с Уолл-стрит и Голливудских холмов, спортсмены, авторитеты, крупные специалисты и далее по списку. Самовлюбленные, хамоватые, иногда жалкие, но чувствующие свое превосходство над ней. Довершает этот паноптикум строгий отец Блум, который с детства её накручивал и тренировал быть лучшей во всем (её брат Джереми, к слову, стал профессиональным лыжником и игроком в американский футбол). И когда в конце Молли пытается ответить на вопрос, как и зачем всё это произошло, ответ за неё Соркин находит не в алчности и даже не в желании командовать состоятельными мужчинами, а в этом выпестованном с детства вечном неудовлетворении. И чтобы с ним справиться – ей нужно не просто проиграть в суде, а поговорить с отцом и разглядеть его непомерное эго, очевидным образом сформировавшее её взгляд на мир.

«Большая игра»: Послание к вайнштейнам

Так Соркин вносит Молли Блум в свою галерею героев нашего времени – к Цукербергу, Бину, Уилсону и Джобсу, в которых он, несмотря на ауру гениев или эксцентриков, так же откапывал какую-то простую человеческую мотивацию. Это вообще свойство американской публицистики: раскапывать в каком-то даже неприметном персонаже большую человеческую историю. Вдобавок Соркин сделал это удивительно своевременно – скандал с Харви Вайнштейном разгорелся аккурат через месяц после премьеры «Большой игры» в Венеции, хотя больших наград картине это пока не принесло (Джессику Честейн на «Золотом глобусе» обошла Фрэнсис Макдорманд).

Сказывается, возможно, то, что «Большая игра» – фильм важный и бодро написанный, но снятый и придуманный всего лишь на уровне лонгрида в большой газете или замечательного сериала «Служба новостей», принадлежащий также перу Соркина. Ящику все-таки принято многое прощать, даже в XXI веке он остается местом, где люди могут двадцать минут обмениваться отчетливо написанными репликами, снятыми пресловутой восьмеркой. Здесь же хватает длиннот, сценаристского самолюбования и актерского бенефицианства, но порой недостает нерва и кинематографичности (хотя бы на уровне дурашливых вставок в духе менее увлекательной «Игры на понижение»). Аарона Соркина эта история явно завораживает, как и сама Блум, которая похожа не столько на Честейн, сколько, как подсказывает поисковик, на Юлию Волкову из музыкального коллектива «Тату». И он просто не решился резать, утрамбовывать, натягивать историю до состояния нерва – и на добрые многословные 140 минут его режиссерского старания явно не хватает (хотя эпизодами дебют производит ожидаемый эффект – чего только стоит история с елочной веткой). Важное послание к вайнштейнам, хорошая роль для Честейн и неплохая для Эльбы – тоже, в общем, не самый печальный результат, хотя награды за благие намерения, к счастью, дают все реже.

«Большая игра» в прокате с 11 января.


Ссылки по теме

фотографии

Обсуждение

анонс