Оживляй и властвуй

Кино-Театр.РУ

Анимация с Машей Терещенко

Оживляй и властвуй

Тима Бёртона довольно часто называют именно анимационным режиссером. Это вроде как не вполне справедливо: он анимационных фильмов снял-то всего два с кусочком (считая нового «Франкенвини»). И анимационные его таланты превозносят зачастую благодаря не вполне бёртоновскому фильму, а именно, благодаря «Кошмару перед Рождеством», где режиссером был Генри Селик.

Кошмар перед Рождеством

И в то же время, Бёртон, конечно, аниматор до корней волос.
Начать с того, что в кино его привела именно любовь к анимации. Он интересовался в юности работами Рэя Харрихаузена – главного американского кукольника, создававшего при помощи кукол безумные аттракционы в американских блокбастерах; мечтал работать актером, который управляет Годзиллой из японских ужастиков, и даже вроде бы сам делал мультфильмы, которые вроде бы не сохранились (так и хочется предположить, что хотя бы одно из этих утверждений – мистификация). Поэтому логичным было пойти учиться в Калифорнийский институт искусств – главную анимационную кузницу кадров того времени. Ведь Cal Arts был на тот момент практически дочерней компанией Disney, и очень часто талантливые студенты-аниматоры плавно переходили на студию, даже не закончив обучения.

Одноклассник Виктора Эдгар в руках кукольницы

Так и Бёртон в 1979 году оказался в Disney, конечно же, на «черных работах», поскольку в те времена из студентов-аниматоров в режиссеры обычно не брали. Он принимал участие в фильмах «Лис и пес», «Черный котел». Там же тогда же Бёртон снял свое первое (из сохранившихся) кукольное кино – 6-минутку «Винсент».

Винсент

Речь в нем идет о мальчике по имени Винсент, которому не нравится обычная жизнь, так что он предается разного рода мрачным фантазиям. Он во всем хочет быть похожим на Винсента Прайса – знаменитого американского киноактера, которого называют «мастером ужаса». Винсент дружит с летучими мышами, ставит эксперименты на своей собачке, пытаясь превратить ее в зомби, читает Эдгара Алана По и под влиянием оного пытается найти труп жены в маминой цветочной клумбе.

Труп невесты

Собственно, в этой короткометражке проявляется очень многое из того, что будет впоследствии интересовать анимационную ипостась Бёртона.
Во-первых, он сразу обращается к куклам, и даже куклам довольно определенного дизайна, какой до Бёртона, в общем-то, не использовался. Все эти тоненькие ручки и ножки составляли большую проблему для кукольников, ибо лишали героя устойчивости, и когда позже делались персонажи для «Трупа невесты» от компании, их создававшей, потребовалось немало опыта и смекалки. Однако для нервических, впечатлительных, экспрессивных и отчасти даже «готичных» персонажей Бёртона именно такая худоба, выдающиеся скулы, расширенные глаза были органичны и даже необходимы.

Кукла Виктора из Франкенвини (2012)

Во-вторых, «Винсент» - черно-белый, что тоже довольно нехарактерно для кукольной анимации эпохи цветного кино. Эта монохромность, разумеется, неспроста. Уже в том 1982-м году Бёртон обращается в мыслях к старому кинематографу. Отчасти к немецким кино-экспрессионистам с их фильмами ужасов. Отчасти (возможно уже тогда) к Владиславу Старевичу с его анимационными ужастиками. Более подробно эти аллюзии будут разработаны Бёртоном позже, в том числе, в новом фильме «Франкенвини», который тоже лишен цвета и изобилует цитатами из разного рода фильмов ужасов (преимущественно, впрочем, не черно-белой эпохи, а уже 1950-х гг.)

Так бы выглядела сцена на чердаке в цвете (Франкенвини, 2012)

В-третьих, тут появляются два сюжета, которые Бёртон позже развернет в своих полнометражных мультфильмах. Тема мертвой жены, которая тянет из могилы костлявые руки («Труп невесты») и тема экспериментов над собакой («Франкенвини»).
И хотя Винсент сменится в обеих полнометражных работах на Виктора (так звали Франкенштейна из книги Шелли), даже здесь, в звучании имен, заметно определенное сходство.

Труп невесты

Разумеется, главное – это фантазии о смерти, которые и стали лейтмотивом бёртоновских мультфильмов. Включая «Кошмар перед Рождеством», для которого Тим написал сценарий. Предполагалось, что он и срежиссирует фильм, но Бёртон был слишком занят «Бэтменом» и работа режиссера досталась одному из самых видных американских кукольников Генри Селику, с которым Бёртон поработал за пару лет до того на фильме «Джеймс и гигантский персик», сочетавшем игровое кино и анимацию. Селик был режиссером, Бёртон – продюсером.

Кошмар перед Рождеством

Очень любопытно, что свой анимационный полнометражный режиссерский дебют Бёртон сделал только в 2005-м. Более, чем через 20 лет после «Винсента». Или это утверждение все же не верно? Ведь во многих игровых фильмах Бёртона анимация так или иначе фигурирует. Даже если это не покадровая съемка, то метод построения мира. Конечно, и «Бэтмен», и «Планета обезьян», и «Марс атакует», и «Крупная рыба», и «Чарли и шоколадная фабрика» - все эти фильмы во многом близки к анимации. Не говоря уже об «Алисе в стране чудес», которая, может, и не мультфильм, но и на «игровое кино» (live action) тоже не вполне похожа.

Тим Бёртон с куклой собаки Спарки из Франкенвини (2012)

Бёртон и сам говорит, что снимал бы мультфильмы чаще, да слишком долго выходит. За время пока длится development анимационной картины, он успевает снять еще пару игровых фильмов. Видимо, поэтому для анимации Бёртон выделил конкретную зону – истории, связанные с миром мертвых. И в этом заметна остроумная рифма: если анимация - это искусство одушевление и оживления, то Бёртон удваивает значение термина, пытаясь вернуть жизнь покойникам. Утраивает даже, учитывая бесконечные отсылки к старому кино и литературе.

Впрочем, не факт, что в таком выборе главную роль сыграла именно остроумная концепция. Стоит вспомнить историю первого «Франкенвини», который был сделан игровым по причине дороговизны анимационного метода и фактически положен компанией Disney на полку из соображений цензурных. Тема показалась слишком неуютной для детской студии. Как знать, может, именно тогда Бёртон понял: про мертвяков для детей можно только в мультфильмах рассказывать, ибо расчлененные куклы выглядят совсем не так, как реальные существа.

Так выглядят внутренности собачки Спарки из фильма Франкенвини (2012)

Это соображение Бёртон опробовал на «Кошмаре перед Рождеством» - пусть не как режиссер, но как сценарист и продюсер. Фокус сработал, и на экранах появился жизнерадостный мюзикл про загробный мир, ужастик без ужасов, детский фильм на весьма недетскую тему. История про Винсента наоборот, про того Винсента, который уже бы и рад внять маминому совету, повеселиться всласть и поиграть в снежки снегом, а не мертвой головой, да «грехи не пускают». Фильм имел невероятную популярность, и мертвяки Бёртона получили зеленый свет.

Труп невесты

Если «Кошмар перед Рождеством» предназначался как бы для семейной аудитории (Хэллоуин и все такое), то «Труп невесты», конечно, адресован был уже скорее молодежи. Принято считать, что сюжет взят из еврейской народной сказки, но, конечно, здесь есть связь с «Винсентом», а следовательно, и с По, на что намекает также викторианский стиль фильма (хотя По лишь слегка застал правление королевы Виктории, но они все же были современниками). И Виктор из «Трупа» - это отчасти подросший Винсент, который-таки встретился со своей покойной супругой. То есть, конечно, не со своей, а с чужой, не с супругой, а с невестой, и Виктор, в отличие от Винсента, мечтал-то о совершенно земной Виктории, а не о том, чтобы хранить верность хладному трупу. И все же трудно эту параллель считать случайной.

Работа над Трупом невесты

А уж в новом «Франкенвини»-то Бёртон действительно вернулся к истокам – то есть к старым фильмам ужасов, которыми он засматривался в детстве. Здесь и его любовь к «Годзилле», и страсть до Винсента Прайса (учитель физики даже внешне - копия Прайса), и Франкенштейн – один из мировых литературных протосюжетов «ужасного» жанра. Возможно, многих поклонников Бёртона этот новый поворот к старому разочарует. Уж слишком он закрепился в анимационном сознании именно как летописец царства мертвых, конферансье карнавала с его традициями первертышей, певец скелетиков и трупов. Именно в этом качестве он повлиял на международную анимацию в высшей степени, спровоцировав сотни мультфильмов а-ля Бёртон от прямых приношений, которые делает, например, американец Кен Тёрнер (фильм «Тим») до мягкого плагиата в мексиканском полнометражном фильме «Лео и легенда».

Так бы выглядел фильм Франкенвини в цвете

Не понравится – так и что ж. Судя по некоторым последним фильмам, Бёртон совершенно не стремится подстраиваться к вкусам публики. Скорее он занят реализацией собственных мечт и фантазий. Надо думать, «Франкенвини» - это фильм, о котором он действительно давно мечтал. И одно это – уже повод, чтобы кино это непременно посмотреть (подробнее в рецензии на "Франкенвини").

фотографии

Обсуждение

анонс